Arms
 
развернуть
 
624272, г. Асбест, ул. Королева, д. 24
Тел.: (343-65) 2-04-65, 2-04-43 (т/ф)
asbestovsky.svd@sudrf.ru
схема проезда
показать на карте
624272, г. Асбест, ул. Королева, д. 24Тел.: (343-65) 2-04-65, 2-04-43 (т/ф)asbestovsky.svd@sudrf.ru
Уважаемые посетители сайта!
    После обновления программного обеспечения, отвечающего за работу сайта все судебные акты прикрепляются к соответствующим делам, поэтому для ознакомления с ними необходимо:
1. Зайти во вкладку «Судебное делопроизводство» на сайте суда;
2. Найти интересующее Вас дело по дате или через расширенный поиск доступный на этой странице;
3. Судебные акты будут доступны в правой колонке, прикрепленные к соответствующим делам в виде изображения файла;
4. Для просмотра необходимо нажать на изображение файла.
Информация по делам, отнесенная в установленном федеральным законодательством порядке к сведениям, составляющим государственную или иную охраняемую законом тайну(коммерческую, служебную, и др.), на сайте суда размещению НЕ ПОДЛЕЖИТ.
ДОКУМЕНТЫ СУДА
БЮЛЛЕТЕНЬ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ СВЕРДЛОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА (ВТОРОЙ КВАРТАЛ 2008 ГОДА)
    

Утвержден

постановлением президиума

Свердловского областного суда

от 27 августа 2008 г.

 

БЮЛЛЕТЕНЬ

СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

СВЕРДЛОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

(ВТОРОЙ КВАРТАЛ 2008 ГОДА)

 

Бюллетень содержит информационное письмо заместителя председателя Верховного Суда Российской Федерации о внесении изменений в ст. 3 Федерального закона "О мировых судьях в Российской Федерации" и ст. 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

 

В июне 2008 года Пленумом Верховного Суда Российской Федерации принято три Постановления, имеющих существенное значение для практики применения судами общей юрисдикции Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении гражданских дел:

- от 24 июня 2008 года N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству";

- от 24 июня 2008 года N 12 "О применении судами норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции";

- от 26 июня 2008 года N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции".

Учитывая важность вышеназванных Постановлений для разрешения гражданских дел, судебная коллегия предлагает каждому судье ознакомиться с постановлениями самостоятельно, обсудить их коллегиально на соответствующих занятиях и спорные, по мнению судей, вопросы направить в судебную коллегию. При изучении Постановлений просим учесть следующее.

I. В целях обеспечения правильного и единообразного применения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" (далее - Постановление) судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда считает необходимым обратить внимание судов на следующие разъяснения.

1. Судья вправе приступить к подготовке дела к судебному разбирательству только после возбуждения гражданского дела в суде и вынесения определения о принятии заявления к производству суда (статья 133 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Недопустимо совершение действий по подготовке дела к судебному разбирательству до его возбуждения в суде (до принятия заявления), поскольку такие действия противоречат положениям статьи 147 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно положениям гл. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации применение статей 134 (отказ в принятии заявления), 135 (возвращение заявления), 136 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (оставление заявления без движения) возможно лишь в стадии возбуждения гражданского дела. После завершения этой стадии применение положений, закрепленных в перечисленных статьях, в стадии подготовки дела не предусмотрено (пункт 2 Постановления).

Указанное разъяснение касается только первоначальных исковых требований, послуживших основанием к возбуждению гражданского дела, и не относится к случаям предъявления ответчиком встречного иска.

2. После принятия заявления судья в соответствии со статьей 147 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязан вынести определение о подготовке дела к судебному разбирательству, указав в нем конкретные действия, которые следует совершить сторонам и другим лицам, участвующим в деле, а также сроки совершения этих действий. В определении указываются также действия самого судьи в данной стадии процесса.

Такое определение должно быть вынесено и в случае возникновения необходимости в дополнительных действиях по подготовке дела к судебному разбирательству после отмены состоявшегося судебного решения и направления дела на новое рассмотрение либо после возобновления приостановленного производства по делу (пункт 3 Постановления).

3. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела (абзац 2 пункта 6 Постановления).

Соответственно, при определении закона, подлежащего применению, и установлении характера спорного материального правоотношения суд не связан нормой материального права, указанной истцом в исковом заявлении, и должен самостоятельно выполнить данную задачу подготовки дела к судебному разбирательству.

В связи с этим недопустимы рассмотрение и разрешение дела только на основании нормы, указанной истцом, и отказ в удовлетворении исковых требований со ссылкой на то, что истец не лишен права предъявления исковых требований на основании иной нормы материального права.

4. Во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также в тех случаях, когда назначение экспертизы предусмотрено законом, в частности, по делам о признании гражданина недееспособным вследствие психического расстройства (статья 283 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и о признании его дееспособным в случае выздоровления или значительного улучшения состояния здоровья (часть 2 статьи 286 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) (абзац 3 пункта 13 Постановления).

Таким образом, в случаях, когда в предмет доказывания по делу входит психическое состояние лица, назначение судебно-психиатрической экспертизы допускается и по инициативе суда, независимо от того, заявлено ли соответствующее ходатайство какой-либо из сторон.

5. В случае отсутствия ответчика, место жительства которого неизвестно, судья назначает такому ответчику представителя в порядке статьи 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о чем необходимо вынести определение, а также направить его в соответствующее адвокатское образование (абзац 6 пункта 19 Постановления).

Следовательно, при назначении адвоката в соответствии со ст. 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалах дела должен иметься не только ордер, но и мотивированное определение о назначении адвоката.

6. При замене ненадлежащего ответчика надлежащим необходимо учитывать, что дело может рассматриваться тем же судом, если с учетом нового ответчика его подсудность не изменилась.

Если подсудность дела изменилась (например, ответчик находится на территории юрисдикции другого суда), дело, исходя из положений, закрепленных в части 1 статьи 47 Конституции Российской Федерации, должно быть передано в суд, которому оно стало подсудно (абзацы 4 и 5 пункта 23 Постановления).

7. При направлении другим судам судебных поручений (пункт 11 части 1 статьи 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) необходимо иметь в виду следующее:

- судебное поручение является исключительным способом собирания относящихся к делу доказательств и может применяться лишь в тех случаях, когда эти доказательства по каким-либо причинам не могут быть представлены в суд, рассматривающий дело;

- в порядке судебного поручения не должны собираться письменные или вещественные доказательства, которые могут быть представлены сторонами или по их просьбе истребованы судом, рассматривающим дело;

- судья не вправе давать поручение об истребовании от истца данных, подтверждающих обоснованность исковых требований, а также иных сведений, которые должны быть указаны в исковом заявлении в соответствии со статьей 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (подпункты "а", "в", "г" пункта 28 Постановления).

8. В условиях осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон судья не вправе по своей инициативе принимать меры по обеспечению заявленных сторонами требований. С учетом требований части 3 статьи 140 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья, допуская меры по обеспечению иска в стадии подготовки дела к судебному разбирательству, не связан инициативой заявителя и должен обеспечить соразмерность мер по обеспечению иска заявленным требованиям (абзацы 1 и 2 пункта 29 Постановления).

Соответственно, судья разрешает вопрос об обеспечении иска только в отношении той меры, о применении которой просил заявитель, но с учетом ее соразмерности.

9. Неявка лиц, участвующих в деле, не препятствует рассмотрению возникших вопросов по подготовке дела в предварительном судебном заседании. Учитывая, что вынесение решения об отказе в иске по мотивам пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд препятствует дальнейшему рассмотрению спора по существу, в случае неявки в предварительное судебное заседание лиц, участвующих в деле, их представителей вопрос о возможности рассмотрения возражений ответчика разрешается в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (абзац 2 пункта 30 Постановления).

Таким образом, вопрос о последствиях неявки лица, участвующего в деле, в предварительное судебное заседание разрешается судьей в зависимости от цели, с которой оно было назначено. Если целью являлось исследование факта пропуска срока обращения в суд или срока исковой давности, то судья обязан учесть причины неявки лица, участвующего в деле. При иных целях причины неявки лица могут не учитываться при решении вопроса о проведении предварительного судебного заседания.

10. К распорядительным действиям относится также признание ответчиком иска (часть 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), о чем может быть заявлено и в стадии подготовки дела к судебному разбирательству. Однако принятие судом признания иска ответчиком и вынесение в связи с этим решения об удовлетворении заявленных требований в соответствии со статьей 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации допускаются лишь в стадии судебного разбирательства, в ходе которого указанное заявление подлежит рассмотрению (абзац 5 пункта 32 Постановления).

Соответственно, признание ответчиком иска в предварительном судебном заседании, если в судебном разбирательстве ответчик изменил свою правовую позицию по делу, не может быть положено в основу решения суда по существу.

11. При отсутствии оснований для вывода о пропуске истцом без уважительных причин срока исковой давности для защиты права или установленного законом срока обращения в суд судья назначает дело к судебному разбирательству.

В ходе судебного разбирательства ответчик вправе вновь заявить возражения относительно пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности для защиты права или срока обращения в суд. Суд в этом случае не может быть ограничен в исследовании соответствующих обстоятельств дела исходя из установленных законом (статья 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) целей и задач гражданского судопроизводства (абзацы 2 и 3 пункта 33 Постановления).

Следовательно, придя в предварительном судебном заседании к выводу о том, что срок исковой давности или срок обращения в суд не пропущен либо пропущен по уважительной причине, судья должен вынести определение о назначении дела к судебному разбирательству. Вынесение определения об отказе в удовлетворении заявления ответчика о вынесении решения только по мотиву пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд или определения о восстановлении пропущенного срока исковой давности или срока обращения в суд недопустимо, поскольку этот вопрос относится к вопросам материального, а не процессуального права, и, как правило, решение указанного вопроса предопределяет разрешение спора по существу.

В судебном разбирательстве суд исследует обстоятельства, касающиеся и существа спора, и факта пропуска срока исковой давности и срока обращения в суд, и выностит решение, в частности, в соответствии с частью 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

12. В соответствии с частью 3 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по сложным делам судья может назначить срок проведения предварительного судебного заседания, выходящий за пределы сроков, установленных Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения и разрешения дел, о чем составляется мотивированное определение с конкретным указанием срока проведения предварительного судебного заседания.

Следует учитывать, что законом не предусмотрены категории дел, к которым применяются указанные положения.

При исчислении срока рассмотрения дела период, указанный в определении, добавляется к сроку, предусмотренному Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации. Таким образом, дело считается рассмотренным в срок в случае, если длительность его рассмотрения не превышает совокупность срока рассмотрения, предусмотренного Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации для данной категории дел, и срока, указанного в мотивированном определении о проведении предварительного судебного заседания (пункт 35 Постановления).

II. В целях обеспечения правильного и единообразного применения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года N 12 "О применении судами норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции" (далее - Постановление) судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда считает необходимым обратить внимание судов на следующие разъяснения.

1. При разрешении вопроса о принятии кассационных жалобы, представления судье надлежит проверять, в частности, обладает ли лицо, подавшее жалобу или принесшее представление, правом кассационного обжалования, принесения представления (абзац 2 пункта 1 Постановления).

Если кассационные жалоба, представление поданы лицами, не имеющими права на их подачу, судья выносит определение об отказе в принятии жалобы, представления, поскольку согласно статье 336 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации право на подачу кассационной жалобы имеют только стороны и другие лица, участвующие в деле, а право на подачу кассационного представления - прокурор, участвующий в деле. Вместе с тем не может быть отказано в принятии жалобы лицам, не привлеченным к участию в деле, в случае, когда обжалуемым судебным постановлением разрешен вопрос об их правах и обязанностях, поскольку отказом в принятии жалобы указанных лиц будет нарушено их конституционное право на судебную защиту (абзац 1 пункта 2 Постановления).

Таким образом, при поступлении кассационной жалобы лица, не участвующего в деле, судье надлежит определить, разрешен ли обжалуемым судебным постановлением вопрос о правах и обязанностях указанного лица. При положительном решении вопроса судья принимает кассационную жалобу и назначает ее к рассмотрению, при отрицательном - выносит определение об отказе в принятии кассационной жалобы, на которое может быть подана частная жалоба.

2. В случае если на одно и то же решение кассационные жалобы поданы несколькими лицами, участвующими в деле, судье следует иметь в виду, что в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационной жалобы соучастниками и третьими лицами, выступающими в процессе на той же стороне, что и лицо, подавшее кассационную жалобу, государственная пошлина не уплачивается (абзац 3 пункта 4 Постановления).

3. К уважительным причинам пропуска срока на подачу кассационных жалобы, представления могут быть отнесены, в частности, случаи, когда копия решения суда получена стороной, не участвовавшей в судебном заседании, по истечении срока обжалования или когда времени, оставшегося до истечения этого срока, явно недостаточно для ознакомления с материалами дела и составления мотивированной кассационной жалобы либо когда несоблюдение судом установленного статьей 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации срока, на который может быть отложено составление мотивированного решения, привело к невозможности подачи кассационных жалобы и представления в установленный для этого срок (абзац 3 пункта 9 Постановления).

4. Согласно пункту 2 части 1 статьи 343 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при подаче частной жалобы на определение суда о восстановлении или об отказе в восстановлении срока подачи кассационной жалобы, принесения представления суд первой инстанции должен одновременно известить участвующих в деле лиц о времени и месте рассмотрения частной жалобы на указанное определение и кассационной жалобы или представления на судебное постановление (абзац 2 пункта 10 Постановления).

Следовательно, в судебном извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте заседания суда кассационной инстанции должно быть указано, что оно назначено для одновременного рассмотрения судом кассационной инстанции и частной жалобы на определение суда о восстановлении или об отказе в восстановлении срока подачи кассационной жалобы, принесения представления, и кассационных жалобы, представления.

5. До направления дела в кассационную инстанцию исходя из доводов кассационных жалобы, представления суд первой инстанции в соответствии со статьями 200, 201 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе по своей инициативе исправить описку или явную арифметическую ошибку в решении, а также принять дополнительное решение, если по какому-либо требованию, по которому участвующие в деле лица представляли доказательства и давали объяснения, не было принято решение, если суд, разрешив вопрос о праве, не указал размер присужденной суммы, имущество, подлежащее передаче, или действия, которые обязан совершить ответчик, а также если судом не разрешен вопрос о судебных расходах (пункт 11 Постановления).

Соответственно, при принятии кассационной жалобы судье надлежит ознакомиться с ее доводами. Если кассационная жалоба содержит доводы относительно недостатков решения суда, которые могут быть устранены судом, вынесшим указанное решение, судья, прежде чем направить дело на рассмотрение в суд кассационной инстанции, вправе по своей инициативе назначить судебное заседание для разрешения вопросов об устранении таких недостатков.

6. Судье при выполнении требований пункта 2 части 1 статьи 343 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об извещении участников процесса о времени и месте рассмотрения кассационных жалобы, представления следует выбирать любые доступные средства связи, позволяющие контролировать получение информации адресатом, и определять день направления дела в суд кассационной инстанции с таким расчетом, чтобы не были нарушены предусмотренные статьей 348 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сроки, а также была учтена реальная возможность лиц, участвующих в деле, лично присутствовать в судебном заседании (пункт 12 Постановления).

III. В целях обеспечения правильного и единообразного применения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 года N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции" (далее - Постановление) судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда считает необходимым обратить внимание судов на следующие разъяснения.

1. Если стороны выразили желание закончить дело мировым соглашением, то в случае необходимости им может быть предоставлена возможность сформулировать условия мирового соглашения, для чего судом объявляется перерыв в судебном заседании или, в зависимости от обстоятельств дела, судебное разбирательство откладывается (абзац 2 пункта 9 Постановления).

2. Определение об отказе в принятии встречного иска по мотивам отсутствия условий, предусмотренных статьей 138 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обжалованию в суд апелляционной или кассационной инстанции не подлежит, поскольку не препятствует реализации права на обращение за судебной защитой путем предъявления самостоятельного иска и возбуждения по нему другого производства (статьи 331, 371 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) (абзац 3 пункта 10 Постановления).

Соответственно, о невозможности обжалования такого определения должно быть указано в его резолютивной части.

3. По смыслу статьи 166 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ходатайства об истребовании новых доказательств, о привлечении к участию в деле других лиц, об отложении дела и по другим вопросам судебного разбирательства должны быть разрешены с учетом мнения лиц, участвующих в деле, и с вынесением определения непосредственно после их заявления (абзац 1 пункта 11 Постановления).

Следовательно, не допускается разрешение таких ходатайств до окончания исследования доказательств.

4. Отказ суда в удовлетворении ходатайства не лишает лицо, участвующее в деле, права обратиться с ним повторно в зависимости от хода судебного разбирательства. Суд вправе по новому ходатайству (в случае изменения обстоятельств при дальнейшем рассмотрении дела) вынести новое определение по существу заявленного ходатайства (абзац 2 пункта 11 Постановления).

5. В силу части 7 статьи 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и граждане, присутствующие в открытом судебном заседании, имеют право в письменной форме, а также с помощью средств аудиозаписи фиксировать ход судебного разбирательства без разрешения суда (судьи) (абзац 1 пункта 12 Постановления).

В таких случаях от усмотрения лица, участвующего в деле, и граждан, присутствующих в открытом судебном заседании, зависит, предупреждать ли суд о том, что ими реализуется указанное право.

6. Фотосъемка, видеозапись, трансляция судебного заседания по радио и телевидению допускаются с разрешения суда с учетом мнения лиц, участвующих в деле. Эти действия должны осуществляться на указанных судом местах в зале судебного заседания и по определению суда могут быть ограничены во времени (абзац 2 пункта 12 Постановления).

Таким образом, суд с учетом мнения лиц, участвующих в деле, может не разрешить фотосъемку, видеозапись, трансляцию судебного заседания по радио и телевидению либо разрешить их проведение с указанием конкретных места, с которого они должны производиться, и времени, в течение которого они могут производиться.

Во всяком случае, о разрешении данного вопроса судом должно быть постановлено соответствующее определение, которое не подлежит обжалованию. Такое определение может быть вынесено без удаления в совещательную комнату, подлежит оглашению в устной форме и занесению в протокол судебного заседания.

7. В целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса. При наличии в деле нескольких противоречивых заключений могут быть вызваны эксперты, проводившие как первичную, так и повторную экспертизу (абзац 2 пункта 15 Постановления).

Вызов эксперта для допроса является правом, а не обязанностью суда. Разрешение данного вопроса производится с учетом мнения лиц, участвующих в деле, зависит от полноты и ясности заключения эксперта.

8. Противоречия в заключениях нескольких экспертов не во всех случаях требуют повторной экспертизы. Суд может путем допроса экспертов получить необходимые разъяснения и дополнительное обоснование выводов (абзац 4 пункта 15 Постановления).

При оценке заключений экспертов суду надлежит руководствоваться общими правилами оценки доказательств, закрепленными в ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В связи с тем что ни одно из доказательств не имеет для суда заранее установленной силы, суд не лишен права рассмотреть дело с учетом иных имеющихся в деле доказательств.

9. Поскольку протокол судебного заседания является одним из основных процессуальных документов, он должен быть изложен полно, четко с точки зрения его прочтения, в той последовательности, в которой проводится судебное разбирательство, и, в частности, должен отражать: изложение вопросов, заданных судом и лицами, участвующими в деле, и полученных на них ответов; данные об оглашении показаний отсутствующих лиц; сведения о том, когда лица, участвующие в деле, и их представители могут ознакомиться с мотивированным решением (пункт 17 Постановления).

Отсутствие в протоколе судебного заседания, например, конкретных формулировок вопросов, заданных судом и лицами, участвующими в деле, не позволяет суду кассационной инстанции в полной мере определиться с оценкой, данной ответам на эти вопросы.

Неуказание в протоколе судебного заседания конкретной даты ознакомления лиц, участвующих в деле, с мотивированным решением является нарушением требований ст. 193 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и затрудняет для лиц, участвующих в деле, определение даты, с которой исчисляется срок подачи кассационных жалобы, представления.

10. Определения, вынесенные в соответствии с абзацами седьмым и восьмым статьи 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не могут быть обжалованы в суд кассационной (апелляционной) инстанции. Согласно части 3 статьи 223 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации частная жалоба может быть подана лишь на те определения суда, которыми отказано в удовлетворении ходатайства истца или ответчика об отмене таких определений. При этом следует иметь в виду, что возможность обращения в суд первой инстанции с ходатайством об отмене определения об оставлении заявления без рассмотрения каким-либо процессуальным сроком не ограничена (абзац 4 пункта 18 Постановления).

Указанное разъяснение относится только к тем случаям, когда сторона, не просившая о рассмотрении дела в ее отсутствие, не явилась в суд по вторичному вызову.

На определение об оставлении заявления без рассмотрения может быть подана частная жалоба, если суд оставил исковое заявление без рассмотрения на основании абзацев седьмого и восьмого статьи 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, несмотря на то что не имел место факт неявки по вторичному вызову, а также при наличии ходатайства стороны о рассмотрении дела в ее отсутствие.

11. Поскольку статья 217 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации связывает сроки приостановления производства по делу с обстоятельствами, наступление которых обязывает суд возобновить производство, судья должен периодически проверять, не наступили ли эти обстоятельства. Суду следует также разъяснять лицам, участвующим в деле, их обязанность информировать суд об устранении обстоятельств, вызвавших приостановление производства по делу (абзац 1 пункта 19 Постановления).

12. Заявления осужденного или гражданского ответчика по уголовному делу об отсрочке или рассрочке исполнения приговора в части имущественного взыскания рассматриваются в порядке, установленном статьей 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (абзац 2 пункта 23 Постановления).

Суду надлежит рассматривать заявление осужденного или гражданского ответчика по уголовному делу об отсрочке или рассрочке исполнения приговора в порядке уголовного судопроизводства независимо от того, на какие нормы ссылается заявитель в своем заявлении.

Отказ в принятии заявления об отсрочке или рассрочке исполнения судебного акта не предусмотрен ни Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, ни Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

13. Пределы действия отсрочки (рассрочки) исполнения решения или приговора в части имущественного взыскания могут быть определены не только датой, но и наступлением какого-либо события (изменением материального положения ответчика, выздоровлением и т.п.) (абзац 4 пункта 23 Постановления).

14. Если обстоятельства, в силу которых лицу была предоставлена отсрочка (рассрочка) исполнения решения или приговора в части имущественного взыскания, отпали ранее, чем указано в определении, суд по заявлению заинтересованного лица либо судебного пристава-исполнителя может решить вопрос о прекращении действия отсрочки (рассрочки) (абзац 5 пункта 23 Постановления).

Указанный вопрос рассматривается судом по общим правилам, то есть в отдельном судебном заседании с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, неявка которых не препятствует его рассмотрению. По итогам рассмотрения выносится соответствующее определение, на которое может быть подана частная жалоба.

 

Вопросы применения семейного законодательства

 

С учетом интересов несовершеннолетнего ребенка судебная коллегия, отменив решение суда об ограничении родительских прав матери ребенка и о взыскании с нее алиментов, сочла возможным ограничиться предупреждением.

 

Прокурор г. Алапаевска в интересах несовершеннолетней И. обратился в суд с иском к Ш., А. об ограничении родительских прав в отношении несовершеннолетней дочери И., 2004 года рождения, и о взыскании алиментов. В обоснование иска прокурор указал, что в Алапаевскую городскую прокуратуру обратилась Т. в связи с неисполнением ее сыном А. и его бывшей женой Ш. своих родительских обязанностей по содержанию и воспитанию дочери И. В ходе проверки установлено, что ответчики имеют совместного ребенка И., 2004 года рождения. У Ш. есть еще двое детей в возрасте 6 и 10 лет. Когда А. и Ш. жили вместе, то злоупотребляли спиртными напитками, были заняты на временных работах, постоянного источника доходов не имели. Потом А. уехал в г. Нижний Тагил, стал жить с другой женщиной. С этого времени никакой материальной поддержки дочери не оказывал, не интересовался ее судьбой, не встречался с ней. Ш. также воспитанием детей не занималась. Соседи стали жаловаться на то, что дети находятся без присмотра, еды в доме нет. Ш. могла несколько дней отсутствовать дома, о детях не заботилась. Т. обратилась в отдел опеки и попечительства МО "г. Алапаевск", сообщила об указанных фактах. После этого двоих старших детей оформили в детский приют. В 2006 году младшую дочь И., которой было тогда около двух лет, Т. забрала к себе. С тех пор ребенок проживает с ней. С этого времени Ш. не проявляла заботу о ребенке, не интересовалась физическим, психическим и духовным развитием дочери, не оказывала материальной поддержки. Приговором мирового судьи Ш. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 156 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании прокурор г. Алапаевска поддержал исковые требования.

Ответчик А. в судебное заседание не явился.

Ответчик Ш. в судебном заседании пояснила, что она по договоренности с Т. в конце 2006 года на некоторое время отдала ей дочь И. на воспитание, так как нужно было устраиваться на работу. В 2007 году Т. находилась в больнице, и мать забрала обратно И. Т. с ребенком проживали в г. Нижнем Тагиле, в г. Алапаевск приезжали только на лето. Т. препятствовала Ш. встречаться с дочерью, объясняя это тем, что нельзя травмировать девочку. Однако в настоящее время Ш. нашла подходящую работу, купила дом и в марте 2008 года забрала к себе старших детей, а 05 апреля 2008 года - дочь.

Представитель отдела опеки и попечительства Территориального отраслевого исполнительного органа государственной власти Свердловской области Управление социальной защиты населения по г. Алапаевску и Алапаевскому району считал, что для защиты законных прав и интересов несовершеннолетней необходимо ограничить родительские права Ш. и А. в отношении несовершеннолетней дочери и взыскать с них алименты на содержание ребенка.

Заинтересованное лицо Т., бабушка ребенка, указала, что воспитывает внучку с октября 2006 года. Отец А. не занимался воспитанием дочери, однако в последнее время общается с девочкой, приезжая в г. Алапаевск, интересуется дочерью, хотя проживает в г. Нижнем Тагиле. 05 апреля 2008 года ответчик Ш. забрала у Т. свою дочь и сказала, что больше не отдаст ее. Т. известно, что Ш. устроилась на работу, не выпивает, живет с мужчиной.

Решением Алапаевского городского суда Свердловской области требования прокурора удовлетворены, ответчики ограничены в родительских правах, с каждого взысканы алименты на содержание И. в размере 1/4 части всех видов заработка с каждого до достижения ребенком совершеннолетия, несовершеннолетняя И. передана на попечение отдела опеки и попечительства Территориального отраслевого исполнительного органа государственной власти Свердловской области Управление социальной защиты населения по г. Алапаевску и Алапаевскому району.

В кассационной жалобе Ш. просила решение суда первой инстанции отменить как необоснованное, поскольку, по мнению заявителя, судом учтены только те доказательства, которые характеризуют ее отрицательное отношение к выполнению родительских обязанностей. Судом не принято во внимание, что в настоящее время она приобрела квартиру, устроилась на постоянную работу, имеет стабильный заработок, состоит в гражданском браке, забрала старших детей и намерена проживать со всеми своими тремя детьми одной семьей.

Удовлетворив кассационную жалобу и отменив решение суда первой инстанции об ограничении родительских прав матери ребенка Ш. и о взыскании с нее алиментов, судебная коллегия отказала в удовлетворении исковых требований прокурора в этой части и применительно к разъяснениям, содержащимся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая 1998 года N 10 "О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей" (в редакции от 06 февраля 2007 года), сочла возможным ограничиться предупреждением в отношении ответчика Ш., а в остальной части решение суда оставила без изменения.

Свое решение судебная коллегия мотивировала тем, что согласно ст. 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют преимущественное право на воспитание своих детей перед всеми другими лицами.

В соответствии со ст. 73 Семейного кодекса Российской Федерации суд может с учетом интересов ребенка принять решение об отобрании ребенка у родителей (одного из них) без лишения их родительских прав (ограничении родительских прав).

Ограничение родительских прав допускается, если оставление ребенка с родителями (одним из них) вследствие их поведения является опасным для ребенка, но не установлены достаточные основания для лишения родителей (одного из них) родительских прав.

Приведенный в кассационной жалобе довод Ш. о существенном изменении ее поведения нашел свое подтверждение в материалах дела: Ш. имеет постоянную работу и стабильный заработок, осознала последствия предъявления к ней иска и изменила отношение к воспитанию ребенка, она приобрела квартиру, проживает совместно со своими старшими сыновьями, Ш. проживает совместно с А.В., являющимся сотрудником правоохранительных органов, который высказал намерение зарегистрировать брак с Ш. и усыновить детей.

В судебном заседании А.В. показал, что проживает совместно с Ш. и ее тремя детьми, отношения с детьми хорошие. Ш. хорошо относится к дочке, И. зовет ее мамой. Когда Ш. на работе, дочка по ней скучает, ждет ее.

Согласно характеристике ООО "Металлург" от 13 февраля 2008 года, Ш. характеризуется положительно, нарушений трудовой дисциплины не имеет, аккуратная, к работе относится добросовестно. Работает с 29 октября 2007 года.

Указанные обстоятельства учтены судом второй инстанции как доказательства того, что Ш. изменила свое поведение и отношение к выполнению родительских обязанностей к моменту рассмотрения дела. На основании изложенного судебная коллегия пришла к выводу о том, что ограничение в родительских правах Ш. не соответствует интересам несовершеннолетнего ребенка.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 10 июня 2008 года, дело N 33-4074/2008

 

Вопросы применения трудового законодательства

 

Для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые в соответствующей организации, независимо от источников этих выплат.

При определении среднего заработка во всех случаях, кроме применения суммированного учета рабочего времени, используется средний дневной заработок.

 

К. обратился в суд с иском к открытому акционерному обществу "Уральский завод резиновых технических изделий" (далее - ОАО "Уральский завод РТИ") о признании приказа об увольнении незаконным, о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. В обоснование своих требований указал, что был уволен с должности помощника директора завода ОАО "Уральский завод РТИ" с 24 августа 2007 года в связи с сокращением штата. Считает увольнение незаконным, поскольку оно произведено в период отпуска, без предложения высвобождающихся вакансий.

Представитель ОАО "Уральский завод РТИ" иск не признал.

Решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга приказ от 23 июля 2007 года N 650к об увольнении К. признан незаконным и К. восстановлен в должности помощника директора завода ОАО "Уральский завод РТИ" с 24 августа 2007 года; с ОАО "Уральский завод РТИ" в пользу К. взысканы заработная плата в размере 86 488 руб. 18 коп. за время вынужденного прогула с 24 августа 2007 года по 15 января 2008 года и компенсация морального вреда в размере 2 000 руб., а также судебные расходы в размере 29 руб. 20 коп.; в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 2 430 руб.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда решение суда первой инстанции оставлено без изменения, кассационные жалобы сторон - без удовлетворения.

В надзорной жалобе К. просил отменить состоявшиеся судебные постановления в части рассмотренных требований о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула. Указывал на то, что неправильное применение судом положений ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации привело к существенному занижению взысканной суммы.

Президиум отменил обжалуемые судебные постановления в части взыскания заработной платы за время вынужденного прогула по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 30 июня 2006 года N 90-ФЗ) для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

В соответствии с Положением "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года N 922 (далее - Положение), для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые в соответствующей организации, независимо от источников этих выплат, к которым относятся, в частности, заработная плата, начисленная работникам по тарифным ставкам (должностным окладам) за отработанное время; премии и вознаграждения, предусмотренные системой оплаты труда, другие виды выплат по заработной плате, применяемые у соответствующего работодателя (пункт 2 Положения).

Расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата (пункт 4 Положения).

При определении среднего заработка во всех случаях, кроме применения суммированного учета рабочего времени, используется средний дневной заработок.

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (рабочих, календарных) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней (пункт 9 Положения).

При определении среднего заработка премии и вознаграждения учитываются в следующем порядке:

ежемесячные премии и вознаграждения - фактически начисленные в расчетном периоде, но не более одной выплаты за каждый показатель за каждый месяц расчетного периода;

вознаграждение по итогам работы за год, единовременное вознаграждение за выслугу лет (стаж работы), иные вознаграждения по итогам работы за год, начисленные за предшествующий событию календарный год, - независимо от времени начисления вознаграждения (пункт 15 Положения).

Аналогичные нормы содержало Положение "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", утвержденное Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2003 года N 213, действовавшее на дату предъявления иска и утратившее силу с 06 января 2008 года.

Разрешая требования К. о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, суд взял за основу представленный ответчиком расчет средней заработной платы (исходя из начислений с августа 2006 года по июль 2007 года), согласившись с необходимостью исключения из заработной платы за декабрь 2006 года 7/12 годового вознаграждения (20 794 руб. 52 коп.) как доли вознаграждения, приходящейся на январь - июль 2006 года.

Такой расчет противоречит вышеприведенным требованиям пунктов 2, 4 и 15 Положения, официальному разъяснению Федеральной службы по труду и занятости, содержащемуся в письме от 03 мая 2007 года N 1253-6-1, согласно которым включению в расчет заработной платы подлежат все премии и вознаграждения, фактически начисленные в расчетный период.

Доводы надзорной жалобы о том, что в сумму заработной платы за 12 календарных месяцев, предшествующих увольнению, надлежало включить и ежемесячную премию, начисленную в августе 2007 года, президиум находит необоснованными, поскольку в силу пунктов 4 и 15 Положения расчет среднего заработка производится на основании выплат, начисленных в расчетный период. Указанная премия начислена истцу по истечении расчетного периода.

Расчет судом заработной платы за время вынужденного прогула как суммы заработка за четыре месяца исходя из среднемесячного заработка и заработка за 10 дней с учетом среднего дневного не соответствует требованиям ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и п. 9 вышеназванного Положения, согласно которым во всех случаях, кроме применения суммированного учета рабочего времени (к истцу он не применялся), для определения среднего заработка используется средний дневной заработок.

Учитывая, что допущенные по делу ошибки в применении норм материального права привели к существенному нарушению прав истца, президиум счел необходимым отменить решение суда первой инстанции и кассационное определение в части рассмотренных требований о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и направил дело в этой части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 11 июня 2008 года, дело N 44-Г-58/2008

 

Вопросы применения жилищного законодательства

 

В силу ст. 54 Жилищного кодекса РСФСР, подлежащего применению к спорным правоотношениям, возникшим до 01 марта 2005 года, право пользования жилым помещением у члена семьи нанимателя возникает с момента вселения. Никакие иные действия, в том числе регистрация в жилом помещении, право пользования не порождают, если вселение не состоялось.

 

Администрация г. Нижнего Тагила обратилась с иском к К., Н., А. об истребовании имущества (муниципальной квартиры, расположенной по ул. Победы) из чужого незаконного владения и о выселении. В обоснование иска представители истца пояснили, что наниматель спорного жилого помещения по договору социального найма, а также все указанные в ордере или прописанные члены его семьи умерли либо сняты с регистрационного учета по причине убытия на иное место жительства; ответчики самовольно, без правовых оснований заняли жилое помещение и проживают в нем, имея при этом регистрацию по иному месту жительства - по ул. Красноармейской.

К., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней Н., А. иск Администрации г. Нижнего Тагила не признали, обратились со встречными исковыми требованиями о признании приобретшими право пользования жилым помещением. В обоснование иска указали, что спорное жилое помещение было предоставлено 17 января 1958 года по договору социального найма И. и членам его семьи, в том числе его жене А.П., сыну В. В 1989 году В. зарегистрировал брак с К. С этого момента она и ее сын А., а с 29 марта 1990 года Н. (общая дочь В. и К.) были вселены с согласия всех проживавших в жилом помещении лиц, совместно проживали и вели общее хозяйство до момента смерти прописанных в квартире лиц - А.П., умершей 31 мая 1999 года, В., умершего 16 мая 2001 года. В отношении регистрации в квартире по ул. Красноармейской пояснили, что данное жилое помещение было предоставлено родителям К., в ордер также были вписаны она и ее брат. К. и А. до момента вселения в спорную квартиру проживали в ней, сохранили регистрацию. Н. была прописана с рождения в квартире по ул. Красноармейской, однако в нее никогда не вселялась и там не проживала. А.П., а затем В. как наниматели жилого помещения по ул. Победы собирались зарегистрировать Н. по данному месту жительства, однако получали устные отказы от работников жилищных служб. К. впоследствии отказалась от части встречного иска, касающейся признания за ней права пользования спорным жилым помещением.

Решением Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила исковые требования МО "город Нижний Тагил" удовлетворены, а встречные исковые требования оставлены без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В надзорной жалобе К. как законный представитель несовершеннолетней Н., А. просили отменить решение суда первой инстанции и кассационное определение в части, касающейся прав Н., вынести по делу новое решение. Указывали, что Н. являлась членом семьи нанимателя, ее отца В., была вселена в квартиру и проживала там с его согласия; прописка (регистрация) по иному адресу как административный акт не порождает возникновения либо прекращения жилищных правоотношений в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 1995 года N 3-П. Полагали, что суды неправильно истолковали статью 20 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Президиум отменил принятые по делу судебные постановления в обжалуемой части по следующим основаниям.

Судом в отношении Н. установлено, что она являлась внучкой нанимателя спорного жилого помещения А.П., дочерью члена семьи нанимателя В., включенного в ордер, с 1999 года ставшего нанимателем. С момента рождения, то есть с 29 марта 1990 года, Н. была вселена в спорное жилое помещение, проживала совместно с А.П., В. одной семьей. В какие-либо иные жилые помещения не вселялась и нигде более фактически не проживала.

Права А.П. и В. как нанимателей жилого помещения, предусмотренные жилищным законодательством, в том числе по вселению в квартиру членов своей семьи, не оспаривались истцом и не подвергались сомнению судом.

Несмотря на данные обстоятельства, изложенные в установочной части решения, суд пришел к выводу о том, что Н. не приобрела право пользования спорной квартирой, так как ее мать сохранила право пользования квартирой по ул. Красноармейской, не отказывается от него, а местом жительства несовершеннолетних признается место жительства их родителей (в данном случае матери). В связи с тем что мать Н. пользуется помещением по договору социального найма, Н., зарегистрированная там же, не может являться членом семьи нанимателей в двух жилых помещениях, занимаемых по договору социального найма.

Такие выводы суда первой инстанции, с которыми согласилась судебная коллегия, противоречивы, не соответствуют специальным нормам жилищного права, основаны на неверном толковании ст. 20 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 54 Жилищного кодекса РСФСР, подлежащего применению к спорным правоотношениям, возникшим до 01 марта 2005 года, право пользования жилым помещением у члена семьи нанимателя возникает с момента вселения. Никакие иные действия, в том числе регистрация в жилом помещении, право пользования не порождают, если вселение не состоялось.

Часть первая статьи 53 Жилищного кодекса РСФСР устанавливает равенство жилищных прав нанимателя и членов его семьи без дискриминации по возрасту.

Таким образом, Н., вселенная ее отцом в жилое помещение по ул. Победы с момента рождения, приобрела право пользования спорной квартирой и не утратила это право по основаниям, предусмотренным ст. 89 Жилищного кодекса РСФСР.

Право пользования жилым помещением по ул. Красноармейской у Н. не возникло, поскольку в эту квартиру она не вселялась и в ней не проживала. Наличие регистрации в данной квартире, отсутствие регистрации в квартире по ул. Победы, действия нанимателей спорного жилого помещения по организации перерегистрации либо отсутствие таких действий не имеют юридического значения в силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 25 апреля 1995 года N 3-П.

Жилищные права Н. судами необоснованно ставились в зависимость от прав ее матери в отношении спорной квартиры по ул. Победы и квартиры по ул. Красноармейской. Место жительства Н. с рождения было определено в квартире отца. Право пользования жилым помещением Н. производно от правомочий ее отца как нанимателя жилого помещения на вселение в жилое помещение членов своей семьи. Права Н. как самостоятельного члена семьи нанимателя не могут ставиться в зависимость от прав другого члена семьи в отношении иного жилья.

Ссылка судов на пункт второй ст. 20 Гражданского кодекса Российской Федерации в обоснование отказа во встречном иске несостоятельна, так как на момент разрешения спора Н. было более 14 лет. Кроме того, ст. 20 Гражданского кодекса Российской Федерации не может толковаться как ограничивающая законные права несовершеннолетнего на жилое помещение, в отношении которого не сохраняет право пользования законный представитель несовершеннолетнего, и не может повлечь лишение несовершеннолетнего права пользования жилым помещением, в которое он вселен на законном основании.

Права матери Н. на квартиру по ул. Красноармейской не могут влиять на приобретение и сохранение самой Н. права пользования квартирой по ул. Победы, куда она была вселена отцом в установленном порядке, так как Н. и ее мать являются самостоятельными членами семьи нанимателя, их жилищные права и обязанности в данном случае не могут рассматриваться как взаимосвязанные и производные друг от друга.

С учетом изложенного оснований для применения к Н. положений ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации не имелось, так как не усматривается ни самовольного захвата жилого помещения с ее стороны, о чем было заявлено в обоснование иска, ни иных обстоятельств, свидетельствующих о незаконности владения и пользования имуществом.

Учитывая, что юридически значимые обстоятельства полно установлены по материалам дела, однако допущена ошибка в применении норм материального права, повлекшая существенное нарушение жилищных прав заявителя надзорной жалобы К., в целях восстановления нарушенных прав президиум счел необходимым отменить решение суда первой инстанции и кассационное определение в обжалуемой части и вынести по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований МО "Город Нижний Тагил" к Н. об изъятии из чужого незаконного владения жилого помещения по ул. Победы, о выселении без предоставления иного жилого помещения отказать, признать Н. приобретшей право пользования квартирой, расположенной по ул. Победы.

В остальной части решение Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила, определение судебной коллегии по гражданским делам оставлены без изменения.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 07 мая 2008 года, дело N 44-Г-44/2008

 

Вопросы применения законодательства

о защите прав потребителей

 

Суд ошибочно полагал, что отсутствие у теплоснабжающей компании денежных средств для ремонта оборудования является чрезвычайным обстоятельством, освобождающим ее от ответственности за поставку некачественной горячей воды потребителям.

 

Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области обратилось в суд с иском к ООО "Региональная теплоснабжающая компания" (далее - ООО "РТК"), ООО "КЭСК-Мультиэнергетика", ОАО "Свердловские коммунальные системы" (далее - ОАО "СКС"), ООО "Южное коммунальное предприятие" (далее - ООО "ЮКП") о защите прав неопределенного круга потребителей. В обоснование иска представители истца указывали, что по данным государственного лабораторного контроля качество горячей воды, которая поступала потребителям южной части г. Полевского в период с 07 сентября 2006 года по 22 марта 2007 года, не соответствовало по физико-химическим показателям требованиям п. 3.5 СанПиН 2.1.4.1074-01, п. 1.4 СП 4723-88, п. 2 ГН 2.1.5.1215-03: с 07 сентября 2006 года по 15 марта 2007 года признаны не соответствующими указанным требованиям 100% исследованных проб, отобранных на водопроводе, посредством которого горячая вода подается транспортирующей организацией ООО "Южное коммунальное предприятие", а в период с 15 января 2007 года по 22 марта 2007 года - 87,5% исследованных проб, отобранных в котельной, в которой вода подвергается химической очистке и нагреву. В связи с этим просили признать противоправными действия ответчиков, каждый из которых является исполнителем услуг в пределах балансовой ответственности, по поставке некачественной горячей воды потребителям южной части Полевского городского округа.

Представитель ответчика ООО "Региональная теплоснабжающая компания" иск не признал. Пояснил, что ООО "РТК" не в состоянии выполнять требования санитарных правил и норм, предъявляемые к качеству горячей воды, поскольку получает от ОАО "Полевской криолитовый завод" техническую воду. Котельная ООО "РТК" рассчитана на поступление питьевой воды. Для реконструкции котельной необходимы значительные вложения и отключение потребителей от горячего водоснабжения на длительный срок. Вместе с тем ООО "Южное коммунальное предприятие" регулярно ведет ремонт водопроводных сетей, что положительно влияет на качество поставляемой воды.

Представитель ответчика ООО "Южное коммунальное предприятие" иск не признал. Пояснил, что предприятие не является энергоснабжающей организацией, а лишь обеспечивает транспортировку тепловой энергии через свои сети, которые в значительной степени изношены. Очисткой воды ООО "ЮКП" не занимается.

Представитель ОАО "Полевской криолитовый завод", привлеченного к участию в деле в качестве соответчика по ходатайству ООО "Региональная теплоснабжающая компания", иск не признал, указав, что поставляет ООО "РТК" только техническую воду.

Представитель третьих лиц - администрации Полевского городского округа и МУ "Управление городского хозяйства" - иск признал частично, не согласился с требованиями к ООО "ЮКП", ссылаясь на то, что это предприятие занимается лишь транспортировкой, а не производством воды.

Представители ООО "КЭСК-Мультиэнергетика", ОАО "Свердловские коммунальные системы" в судебное заседание не явились.

Решением Полевского городского суда Свердловской области в удовлетворении иска Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам решение суда оставлено без изменения.

В надзорной жалобе исполняющий обязанности руководителя Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Свердловской области просил отменить состоявшиеся по делу судебные постановления как существенно нарушающие нормы материального права, права неопределенного круга потребителей, принцип единства судебной практики. Указывал на то, что суд неправомерно отказал в иске к ООО "КЭСК-Мультиэнергетика", ОАО "Свердловские коммунальные системы", ООО "Южное коммунальное предприятие", поскольку данные ответчики являются исполнителями услуг водоснабжения, незаконно отказал в иске к ООО "Региональная теплоснабжающая компания" по мотиву наличия чрезвычайных обстоятельств.

Президиум отменил обжалуемые судебные постановления по следующим основаниям.

Установлено судом и признавалось ответчиками, что качество горячей воды, поставляемой неопределенному кругу потребителей южной части г. Полевского, действительно является ненадлежащим.

Отказывая в удовлетворении требований о признании действий ответчиков неправомерными, суд первой инстанции указал, что ООО "КЭСК-Мультиэнергетика", ОАО "Свердловские коммунальные системы", ООО "Южное коммунальное предприятие" не являются надлежащими ответчиками по делу, так как не осуществляют поставку горячей воды, поскольку ОАО "Свердловские коммунальные системы" и ООО "Южное коммунальное предприятие" занимаются обслуживанием и содержанием систем водоснабжения и непосредственно с потребителями не взаимодействуют, а ООО "КЭСК-Мультиэнергетика" заключает договоры на расчет за поставляемую воду. Ответчик ООО "Региональная теплоснабжающая компания" является исполнителем услуг по поставке горячей воды, однако не должен нести ответственности из-за чрезвычайных обстоятельств - отсутствия необходимых денежных средств на реконструкцию системы водоснабжения. Требований о прекращении действий по поставке некачественной горячей воды истец не предъявляет.

Приведенные суждения, с которыми согласилась судебная коллегия, являются ошибочными, противоречат нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Суд первой инстанции и судебная коллегия не учли, что в соответствии с ч. 2 ст. 19 Федерального закона "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", п. 2.2 Санитарно-эпидемиологических правил и нормативов N 2.1.4.1074-01 "Питьевая вода. Гигиенические требования к качеству воды централизованных систем питьевого водоснабжения. Контроль качества", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 26 сентября 2001 года, п. 1.4 действующих Санитарных правил устройства и эксплуатации централизованного горячего водоснабжения N 4723-88, утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача СССР от 15 ноября 1988 года, индивидуальные предприниматели и юридические лица, осуществляющие эксплуатацию централизованных, нецентрализованных, домовых распределительных, автономных систем питьевого водоснабжения населения и систем питьевого водоснабжения на транспортных средствах, обязаны обеспечить соответствие качества питьевой воды указанных систем санитарным правилам. Ответственность за качество горячей воды, подаваемой потребителю, возлагается на организации, осуществляющие теплоснабжение и эксплуатирующие сети горячего водоснабжения. За качество исходной водопроводной воды хозяйственно-питьевого назначения, используемой для горячего водоснабжения, отвечают организации, эксплуатирующие водопроводные сооружения.

Как ОАО "Свердловские коммунальные системы", осуществляющее по договору с ООО "РТК" эксплуатацию, содержание систем водоснабжения ООО "РТК", так и ООО "Южное коммунальное предприятие", осуществляющее транспортировку воды, поставляемой ООО "РТК", по водопроводным сетям, в силу изложенных положений Федерального закона "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", санитарных норм и правил относятся к организациям, эксплуатирующим водопроводные сооружения, поэтому также отвечают за качество горячей воды.

При этом суды оставили без внимания то, что согласно постановлению от 21 марта 2007 года о назначении административного наказания ответчик ОАО "Свердловские коммунальные системы" привлекался истцом к административной ответственности в виде штрафа за нарушение норм законодательства в части соблюдения требований к качеству горячей воды, эксплуатации систем горячего водоснабжения. Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 08 мая 2007 года данное постановление признано законным.

В обоснование требований истец ссылался на то, что анализ проб воды, которые брались как непосредственно из котла, принадлежащего ООО "Региональная теплоснабжающая компания", обслуживаемого ОАО "Свердловские коммунальные системы", так и на выходе к потребителю - из водопровода, эксплуатируемого ООО "Южное коммунальное предприятие", показал, что изначально ненадлежащее качество воды по мере ее транспортировки ухудшается. Эти доводы и подтверждающие их доказательства судами оставлены без оценки.

Президиум не согласился и со ссылкой судов на то, что отсутствие у ООО "Региональная теплоснабжающая компания" денежных средств для ремонта оборудования является чрезвычайным обстоятельством, освобождающим от ответственности за ненадлежащее оказание услуг потребителям.

В соответствии с п. 3 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Аналогичные правила предусматривают п. 4 ст. 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" и п. 76 Постановления Правительства Российской Федерации от 23 мая 2006 года N 307 "О порядке предоставления коммунальных услуг гражданам".

Кроме того, ссылка на чрезвычайные обстоятельства в принципе не могла служить основанием для отказа в удовлетворении данного иска, поскольку он не содержал требований о привлечении названных юридических лиц к ответственности. Управлением Роспотребнадзора заявлены требования неимущественного характера в целях установления факта нарушения прав граждан в течение конкретного временного периода. В соответствии с ч. 3 ст. 46 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" вступившее в законную силу решение суда о признании действий продавца (изготовителя, исполнителя) противоправными в отношении неопределенного круга потребителей обязательно для суда, рассматривающего иск потребителя о гражданско-правовых последствиях действий продавца (изготовителя, исполнителя), по вопросам о том, имели ли место эти действия и совершены ли они данными лицами. Поэтому при рассмотрении данного иска не подлежал разрешению вопрос об освобождении от ответственности.

Указание на то, что истец не заявляет требований о прекращении поставки некачественной горячей воды, также не может служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований о признании указанных действий ответчиков противоправными, поскольку в соответствии со статьей 46 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека вправе предъявлять такие требования.

Поскольку при разрешении данного дела суд первой инстанции и судебная коллегия неправильно применили нормы материального права, что повлекло неполное установление юридически значимых обстоятельств, нарушение права на судебную защиту неопределенного круга потребителей коммунальных услуг, повлияло на исход дела, решение суда первой инстанции и определение судебной коллегии отменены и дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 16 апреля 2008 года, дело N 44-Г-34/2008

 

Вопросы применения земельного законодательства

 

При разрешении земельных споров судам следует учитывать, что возможность переоформления титула предусмотрена законодателем для ограниченного круга лиц и связывается с использованием земельного участка не в предпринимательских целях, а в целях проживания, ведения домашнего, дачного хозяйства, садоводства, огородничества либо индивидуального гаражного строительства.

 

П. обратилась в суд с заявлением к МО "город Алапаевск" о признании незаконными действий МО "Город Алапаевск" по отказу в приватизации земельного участка, расположенного на ул. Т., площадью 1122 кв. м. Просила обязать Администрацию МО "Город Алапаевск" заключить с ней договор приватизации указанного земельного участка. В обоснование указала, что 17 июня 1997 года на торгах она приобрела шлакоблочное одноэтажное здание магазина, расположенное на указанном земельном участке, находившееся в аварийном состоянии. Постановлением Главы МО "Город Алапаевск" от 24 июня 1997 года N 412/4 земельный участок площадью 1238,0 кв. м, занятый данным зданием, был предоставлен П. на праве постоянного бессрочного пользования. На основании этого председателем горкомзема 09 июля 1997 года было выдано П. соответствующее свидетельство, удостоверяющее ее право на земельный участок. 06 мая 2006 года Постановлением Главы МО "Город Алапаевск" был утвержден проект границ, с учетом которого была уточнена площадь земельного участка с кадастровым номером 66:32:04 01:003:0005, составившая 1122 кв. м.

В августе 2006 года П. обратилась в Администрацию МО "Город Алапаевск" с заявлением о приватизации переданного ей в бессрочное пользование земельного участка, занятого принадлежащим ей зданием, однако получила отказ. В ответе Администрации от 17 октября 2006 года было указано, что согласно Генерального плану г. Алапаевска, утвержденному решением исполнительного комитета Свердловского областного Совета народных депутатов от 28 ноября 1983 года N 495, на месте здания магазина предусматривается расширение ул. Т. под магистраль общегородского значения. Однако в течение 24 лет никаких действий со стороны исполнительных органов г. Алапаевска по исполнению Генерального плана не предпринималось и в настоящее время не предпринимается. П., считая действия органов местного самоуправления незаконными и необоснованными, просила обязать Администрацию МО "Город Алапаевск" заключить с ней договор приватизации спорного земельного участка. П. также заявила о восстановлении срока на обжалование незаконных действий Администрации МО "Город Алапаевск", так как с октября 2006 года, когда ей стало известно о нарушении ее права на приватизацию, она предпринимала действия по досудебному урегулированию данного спорного вопроса, неоднократно обращалась в Администрацию МО "Город Алапаевск", в отдел архитектуры МО "Город Алапаевск", где ее уверили, что готов к принятию новый генеральный план, однако данный вопрос не был решен. П. считает, что срок на обжалование пропущен ею по уважительной причине.

Представитель Администрации МО "Город Алапаевск" иск П. не признал, считая, что отказ в заключении договора передачи в собственность П. земельного участка, расположенного под магазином, является законным и обоснованным, так как часть спорного участка находится в пределах красной линии и не подлежит приватизации или передаче в собственность за плату в соответствии со ст. ст. 36, 85 Земельного кодекса Российской Федерации. Администрация указала П. на необходимость соблюдения существующей и перспективной застройки. Генеральный план, утвержденный 28 ноября 1983 года, действует в настоящее время. Данным планом предусмотрено расширение ул. Т. на участке около здания магазина под магистраль общегородского значения. Истцу предложено оформить документы на аренду земельного участка.

Представитель отдела архитектуры и градостроительства в судебное заседание не явился, предоставив отзыв, в котором просил суд рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ФГУ "Земельная кадастровая палата по Свердловской области", извещенный о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явился, своего мнения относительно заявления не высказал.

Решением Алапаевского городского суда требования П. удовлетворены.

В кассационной жалобе Администрация МО "Город Алапаевск" просила отменить решение как незаконное.

Судебная коллегия отменила решение суда по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 36 Земельного кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица, имеющие в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения, расположенные на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, приобретают права на эти земельные участки в соответствии с настоящим Кодексом.

Если иное не установлено федеральными законами, исключительное право на приватизацию земельных участков или приобретение права аренды земельных участков имеют граждане и юридические лица - собственники зданий, строений, сооружений. Указанное право осуществляется гражданами и юридическими лицами в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, федеральными законами.

Исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления, предусмотренные ст. 29 настоящего Кодекса, в месячный срок со дня поступления указанного в п. 5 ст. 36 настоящего Кодекса заявления принимают решение о предоставлении земельного участка в собственность бесплатно в соответствии с п. 2 ст. 28 настоящего Кодекса, а в случаях, указанных в п. 1 ст. 20 настоящего Кодекса, на праве постоянного (бессрочного) пользования либо готовят проект договора купли-продажи или аренды земельного участка и направляют его заявителю с предложением о заключении соответствующего договора.

Согласно ст. 28 Земельного кодекса Российской Федерации, предоставление земельных участков в собственность граждан и юридических лиц может осуществляться бесплатно в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации. Не допускается отказ в предоставлении в собственность граждан и юридических лиц земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, за исключением случаев: изъятия земельных участков из оборота; установленного федеральным законом запрета на приватизацию земельных участков; резервирования земель для государственных или муниципальных нужд.

Не допускается отказ в предоставлении в собственность граждан и юридических лиц земельных участков, ограниченных в обороте и находящихся в государственной или муниципальной собственности, если федеральным законом разрешено предоставлять их в собственность граждан и юридических лиц.

Материалами дела подтверждается, что истец является собственником здания, расположенного на спорном земельном участке, предоставленном П. в бессрочное (постоянное) пользование в 1997 году.

При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о наличии у П. права на приобретение спорного земельного участка в собственность и о незаконности понуждения ее к заключению договора аренды земельного участка.

Судебная коллегия также нашла обоснованным вывод суда о том, что Администрация МО "Город Алапаевск" не доказала наличие предусмотренных законом оснований для отказа в передаче П. спорного земельного участка в собственность по соответствующему договору. Сам генеральный план перспективной застройки города и расположение красной линии такими доказательствами не являются.

В то же время суд не установил, к заключению какого договора П. просила понудить Администрацию МО "Город Алапаевск": договора о бесплатной приватизации либо возмездного договора купли-продажи.

Удовлетворяя заявление и обязывая Администрацию МО "Город Алапаевск" заключить с П. договор передачи в собственность спорного земельного участка, суд не указал характер сделки: возмездный или безвозмездный.

В широком смысле под приватизацией (от лат. privatus - частный) понимается передача имущества, находящегося в государственной или муниципальной собственности, за плату или безвозмездно в частную собственность, то есть в собственность физических и (или) юридических лиц.

В силу ст. 1 Федерального закона "О приватизации государственного и муниципального имущества" от 30 ноября 2001 года под приватизацией государственного и муниципального имущества понимается возмездное отчуждение имущества, находящегося в собственности Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, в собственность физических и (или) юридических лиц.

Согласно п. 5 ст. 20 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 01 сентября 2006 года), граждане, обладающие земельными участками на праве постоянного (бессрочного) пользования, имеют право приобрести их в собственность. Каждый гражданин имеет право однократно бесплатно приобрести в собственность находящийся в его постоянном (бессрочном) пользовании земельный участок.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" от 25 октября 2001 года N 137-ФЗ (далее - вводный Закон) оформление в собственность граждан земельных участков, ранее предоставленных им в постоянное (бессрочное) пользование, пожизненное наследуемое владение, в установленных земельным законодательством случаях сроком не ограничивается.

Согласно п. 9.1 названной статьи вводного Закона, если земельный участок предоставлен до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, гражданин, обладающий таким земельным участком на таком праве, вправе зарегистрировать право собственности на такой земельный участок, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

Граждане, к которым перешли в порядке наследования или по иным основаниям права собственности на здания, строения и (или) сооружения, расположенные на земельных участках, указанных в настоящем пункте и находящихся в государственной или муниципальной собственности, вправе зарегистрировать права собственности на такие земельные участки, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такие земельные участки не могут предоставляться в частную собственность.

В п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года N 11 дано официальное разъяснение о том, что при применении п. 5 ст. 20 Земельного кодекса Российской Федерации, в силу которого граждане, обладающие земельными участками на праве постоянного (бессрочного) пользования, имеют право приобрести их однократно бесплатно в собственность, необходимо учитывать положение ст. 23 Гражданского кодекса Российской Федерации о применении к предпринимательской деятельности граждан правил Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями.

Поскольку юридические лица, в силу п. 5 ст. 20 Земельного кодекса Российской Федерации, не имеют права на безвозмездное приобретение земельного участка в собственность, то граждане, имеющие статус индивидуального предпринимателя, владеющие земельными участками на праве постоянного (бессрочного) пользования, также не вправе приобретать в собственность земельные участки, предоставленные им для осуществления предпринимательской деятельности, на безвозмездной основе.

Согласно ст. 25.2 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", государственная регистрация права собственности гражданина на земельный участок, предоставленный до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве собственности, пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, либо если в акте, свидетельстве или другом документе, устанавливающих или удостоверяющих право гражданина на данный земельный участок, не указано право, на котором предоставлен такой земельный участок, или невозможно определить вид этого права, осуществляется с учетом особенностей, установленных настоящей статьей.

Анализ вышеуказанных норм закона позволяет сделать вывод о том, что право собственности в порядке переоформления титула может быть признано за гражданином при условии, что земельный участок предоставлен и фактически используется для целей индивидуального жилищного (гаражного) строительства, личного подсобного хозяйства, садоводства, огородничества, дачного строительства.

Поэтому при разрешении земельных споров судам следует учитывать, что законодателем возможность переоформления титула предусмотрена для ограниченного круга лиц и связывается с использованием земельного участка не в предпринимательских целях, а в целях проживания, ведения домашнего, дачного хозяйства, садоводства, огородничества либо индивидуального гаражного строительства. То есть законодатель связывает право на переоформление титула с определенными видами разрешенного использования.

В силу п. 8 ч. 1 ст. 1 Земельного кодекса Российской Федерации принципом земельного законодательства является деление земель по целевому назначению, согласно которому правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий и требованиями законодательства.

На основании ч. 2 ст. 7 Земельного кодекса Российской Федерации общие принципы и порядок проведения зонирования территорий устанавливаются федеральными законами и требованиями специальных федеральных законов.

В силу п. 9 ст. 1, ч. 6 ст. 30 Градостроительного кодекса Российской Федерации виды разрешенного использования земельных участков, равно как всего, что находится над и под поверхностью земельных участков и используется в процессе их застройки и последующей эксплуатации объектов капитального строительства, предельные (минимальные и (или) максимальные) размеры земельных участков и предельные параметры разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства, а также ограничения использования земельных участков и объектов капитального строительства устанавливаются градостроительным регламентом в пределах границ соответствующей территориальной зоны.

В соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 7 Земельного кодекса Российской Федерации любой вид разрешенного использования из предусмотренных зонированием территории видов выбирается самостоятельно, без дополнительных разрешений и процедур согласования.

Но только в том случае, если выбранный истцом вид разрешенного использования совпадает с указанными в п. 9.1 ст. 3 вводного Закона и ст. 25.2 Федерального закона от 21 июля 1997 года N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", возникает право на бесплатную приватизацию земельного участка и переоформление титула в упрощенном порядке.

Таким образом, если земельный участок к моменту обращения истца с иском о признании права собственности или в органы Федеральной регистрационной службы используется для иных, чем установлено указанными правовыми нормами, целей (к примеру, вместо жилого дома возведено нежилое помещение либо жилое помещение переведено в нежилое), упрощенный порядок переоформления титула на истца не распространяется.

Суд, удовлетворяя заявление П., не учел, что на спорном земельном участке расположено нежилое помещение (магазин). Именно для эксплуатации магазина земельный участок был предоставлен П. Постановлением Главы МО "Город Алапаевск" от 24 июня 1997 года. В свидетельстве на право бессрочного (постоянного) пользования землей, выданном П., также указано, что участок предоставляется для эксплуатации магазина.

Суд в резолютивной части решения также отразил, что земельный участок расположен под зданием магазина.

При таких обстоятельствах у П., несмотря на то что сама она не является индивидуальным предпринимателем, не имеется оснований для бесплатной приватизации спорного земельного участка.

В то же время, разрешая заявление, суд не установил, на каких условиях (возмездно или безвозмездно) она желает приобрести спорный земельный участок в собственность. Об этом не указано ни в заявлении П., ни в протоколах судебных заседаний. Не отражен данный вопрос и в самом решении, хотя без установления данного обстоятельства невозможно рассмотреть заявление по существу.

Более того, суд нарушил нормы процессуального права. Суд разрешил заявление в порядке, установленном гл. 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (об обжаловании действий должностных лиц), хотя в данном случае имеет место спор о праве.

Кроме того, суд не учел, что П. обратилась в суд с исковым заявлением, хотя и ссылалась в нем на обжалование действий органа местного самоуправления. При таких обстоятельствах суду необходимо было на стадии подготовки дела к рассмотрению уточнить исковые требования и разрешить спор в порядке искового производства.

Поскольку отмеченные недостатки нельзя было устранить в судебной коллегии, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 20 марта 2008 года, дело N 33-1554/2008

 

Вопросы применения социального законодательства

 

Разрешая спор, суд ошибочно применил п. 13 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в государственных и муниципальных учреждениях для детей, в соответствии с подп. 10 п. 1 ст. 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", поскольку содержание данной нормы не относится к условиям назначения пенсии в рассматриваемом деле.

 

А. обратилась в суд с иском к ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации по г. Кировграду и г. Верхнему Тагилу (далее - УПФ Российской Федерации по г. Кировграду и г. Верхнему Тагилу) о признании права на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в связи с педагогической деятельностью со дня обращения за назначением пенсии в пенсионный орган.

Требования мотивировала тем, что 27 марта 2007 года она обратилась к ответчику с заявлением о досрочном назначении трудовой пенсии по старости, так как не менее 25 лет осуществляла педагогическую деятельность в учреждениях для детей. Ответчик отказал ей в назначении пенсии, потому что в специальный стаж не засчитал периоды работы:

1) с 25 августа 1993 года по 07 сентября 1995 года в качестве учителя труда в школе-комплексе "Детский центр" (в календарном исчислении 2 года 0 месяцев 13 дней) в связи с тем, что наименование учреждения не соответствует действующему Списку должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществляющим педагогическую деятельность в государственных и муниципальных учреждениях для детей, в соответствии с подпунктом 10 пункта 1 статьи 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (далее - Список);

2) с 01 июня 1996 года по 31 августа 1998 года в качестве заместителя директора по учебно-воспитательной работе Учебно-производственного комбината (в календарном исчислении 2 года 9 месяцев 3 дня), так как наименование учреждения не соответствует Списку;

3) с 01 сентября 1998 года по 31 октября 1999 года в качестве заместителя директора по учебно-производственной части Учебно-производственного комбината, Муниципального межшкольного учебно-производственного комбината N 1 (в календарном исчислении 1 год 1 месяц 30 дней), так как наименование учреждений не предусмотрено Списком;

4) с 01 ноября 1999 года по 11 ноября 2002 года в качестве заместителя директора по учебно-производственной части Муниципального межшкольного учебно-производственного комбината N 1, Муниципального образовательного учреждения дополнительного образования детей "Межшкольный учебный комбинат N 1" (в календарном исчислении 3 года 0 месяцев 10 дней), так как наименование учреждений не предусмотрено Списком и работа в должности заместителя директора в педагогический стаж не засчитывается; не засчитывается и работа в указанный период в качестве учителя, так как наименование учреждения не предусмотрено Списком и не выработана норма педагогической нагрузки;

5) с 12 ноября 2002 года по 05 апреля 2005 года в качестве заместителя директора по учебно-производственной части Муниципального образовательного учреждения дополнительного образования детей "Межшкольный учебный комбинат N 1", поскольку наименование учреждения не предусмотрено Списком и работа в качестве заместителя директора в педагогический стаж не включается; работа в указанный период в качестве учителя также не включается в педагогический стаж, так как наименование учреждения не предусмотрено Списком и не выработана норма педагогической нагрузки;

6) с 06 апреля 2005 года по 27 марта 2007 года в качестве заместителя директора по учебно-производственной части МОУ МУК N 1 (в календарном исчислении 1 год 11 месяцев 21 день), поскольку работа в должности заместителя директора в указанном учреждении в педагогический стаж не включается, как и работа в указанный период в качестве учителя, так как не выработана норма педагогический нагрузки и наименование учреждения не соответствует Списку.

Истец считает отказ незаконным. Поскольку в спорные периоды она занималась педагогической деятельностью, ее педагогический стаж составляет 25 лет, она имеет право на назначение досрочной пенсии в связи с педагогической деятельностью. Просит зачесть в специальный стаж исключенные ответчиком периоды и признать за ней право на досрочное назначение трудовой пенсии в связи с педагогической деятельностью с момента обращения, то есть с 27 марта 2007 года.

В судебном заседании истец А. исковые требования поддержала.

Представитель ГУ Управление Пенсионного фонда по г. Кировграду и г. Верхнему Тагилу исковые требования А. не признал, указав, что право на досрочное назначение трудовой пенсии имеют лица, не менее 25 лет осуществлявшие педагогическую деятельность. У истца в момент обращения в УПФ Российской Федерации по г. Кировграду и г. Верхнему Тагилу с заявлением о досрочном назначении пенсии 27 марта 2007 года требуемого педагогического стажа не имелось, так как стаж, принятый к зачету, составляет 12 лет 0 месяцев 9 дней. Обоснованно исключены из специального стажа периоды работы истца с 25 августа 1993 года по 07 августа 1995 года в качестве учителя в школе-комплексе "Детский центр", с 01 июня 1996 года по 27 марта 2007 года в качестве заместителя директора по учебно-производственной части Муниципального образовательного учреждения дополнительного образования детей "Межшкольный учебный комбинат N 1", поскольку наименования учреждений, в которых работала истец, не соответствуют Списку должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право лицам, осуществляющим педагогическую деятельность в государственных и муниципальных учреждениях для детей, на досрочное назначение трудовой пенсии. Нахождение в указанные периоды на курсах повышения квалификации и работа в качестве учителя также не дают оснований для включения их в специальный трудовой стаж, поскольку курсы повышения квалификации не включены в исчерпывающий перечень периодов работы, дающей право на досрочное назначение пенсии, указанный в разъяснении Министерства труда Российской Федерации от 22 мая 1996 года, а в период работы А. учителем по совместительству не вырабатывалась норма педагогической нагрузки, предусмотренная на ставку заработной платы. Считает, что отказ в назначении досрочной пенсии А. основан на законе, и просит в удовлетворении иска отказать.

Представитель ответчика ГУ УПФ Российской Федерации по г. Кировграду и г. Верхнему Тагилу также не признал исковые требования А. в полном объеме.

Решением Кировградского городского суда исковые требования А. к ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации по г. Кировграду и г. Верхнему Тагилу Свердловской области о признании права на назначение досрочной пенсии по старости в связи с педагогической деятельностью удовлетворены.

А. зачтены в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периоды работы с 25 августа 1993 года по 07 сентября 1995 года, с 01 июня 1996 года по 31 августа 1998 года, с 01 сентября 1998 года по 31 октября 1999 года, с 01 ноября 1999 года по 11 ноября 2002 года, с 12 ноября 2002 года по 05 апреля 2005 года, с 06 апреля 2005 года по 27 марта 2007 года.

За А. признано право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в связи с педагогической деятельностью с 27 марта 2007 года.

В кассационной жалобе ответчик просил отменить решение суда как незаконное.

Судебная коллегия отменила решение суда в части по следующим основаниям.

Принимая решение о включении в специальный стаж периодов работы с 25 марта 1993 года по 07 сентября 1995 года в качестве учителя труда в школе-комплексе "Детский центр" (в календарном исчислении 2 года 0 месяцев 13 дней), с 01 июня 1996 года по 31 августа 1998 года в качестве заместителя директора по учебно-воспитательной работе Учебно-производственного комбината, с 01 августа 1998 года по 31 октября 1999 года в качестве заместителя директора по учебно-производственной части Учебно-производственного комбината, Муниципального межшкольного учебно-производственного комбината N 1 (в календарном исчислении 1 год 1 месяц 30 дней), суд правильно исходил из того, что как должность учителя, так и должность заместителя директора по воспитательной работе, по учебно-производственной работе в школе-комплексе "Детский центр", Учебно-производственном комбинате подлежит зачету в специальный стаж, поскольку указанные должности и учреждения прямо поименованы в Постановлении Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года N 781 о списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со ст. 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", и об утверждении правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со ст. 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (п. 1 раздела "Наименование должностей" и пп. 1.1 и 1.12 раздела "Наименование учреждений").

Что касается других спорных периодов, суд, разрешая спор, необоснованно применил п. 13 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в государственных и муниципальных учреждениях для детей, в соответствии с подпунктом. 10 п. 1 ст. 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года N 781 (далее - Правила), поскольку содержание данной нормы не относится к условиям назначения пенсии в рассматриваемом деле.

Как разъяснено в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2005 года N 25 "О некоторых вопросах, возникших у судов при рассмотрении дел, связанных с реализацией гражданами права на трудовые пенсии", при рассмотрении споров, возникших в связи с отказом в назначении трудовой пенсии по старости на основании подп. 10 п. 1 ст. 28 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", необходимо иметь в виду, что в силу подп. "в" п. 8 Правил работа в должности директора (начальника, заведующего), заместителя директора (начальника, заведующего) учреждений, указанных в пп. 1.8, 1.12 и 2 раздела "Наименование учреждений" Списка, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года N 781, засчитывается в стаж работы только за период до 1 ноября 1999 года. Работа в данных должностях в учреждениях, указанных в пунктах 1.8, 1.12 и 2 раздела "Наименование учреждений" названного выше Списка, имевшая место после 01 ноября 1999 года, не подлежит зачету в педагогический стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

После 01 ноября 1999 года в специальный стаж работы истца может быть засчитана только работа в должности учителя, которую истец занимала одновременно с должностью заместителя директора по учебно-производственной части, но при условии, содержащемся в пп. 3, 4 Правил, то есть периоды работы, выполнявшейся до 01 сентября 2000 года, засчитываются в стаж независимо от выполнения нормы рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки), а начиная с 01 сентября 2000 года - при условии выполнения (суммарно по основному и другим местам работы) нормы рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки), установленной за ставку заработной платы (должностной оклад), за исключением случаев, определенных настоящими Правилами. Поэтому суду следовало обсудить довод ответчика об отсутствии у истца в данные периоды педагогической нагрузки и исходить из указанного условия, но это не было сделано судом.

Так как в материалах дела нет данных, свидетельствующих о выполнении истцом в период ее работы учителем с 01 ноября 1999 года по 27 марта 2007 года полной педагогической или учебной нагрузки, установленной за ставку заработной платы, и данный вопрос не был предметом исследования суда, постановленное судом решение в этой части не может быть признано законным и обоснованным, подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 03 июня 2008 года, дело N 33-4088/2008

 

Возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью

 

Суд ошибочно полагал, что требование лица, которому причинен вред здоровью вследствие катастрофы на производственном объединении "Маяк", об индексации денежных средств на приобретение продовольственных товаров подлежит удовлетворению.

 

К. обратился в суд с иском к Управлению социальной защиты населения Верх-Исетского района г. Екатеринбурга (далее - УСЗН Верх-Исетского района г. Екатеринбурга) об индексации денежных компенсаций на приобретение продовольственных товаров и на оздоровление.

В обоснование иска указал, что имеет статус добровольно выехавшего из населенного пункта Баевка Багарякского района Челябинской области, подвергшегося загрязнению вследствие аварии в 1957 году на производственном объединении "Маяк" и сбросов радиоактивных отходов в реку Теча, что подтверждается выданным удостоверением. Ему выплачиваются ежемесячная денежная компенсация на приобретение продовольственных товаров в сумме 262 руб. 57 коп., а также ежегодная компенсация на оздоровление в сумме 131 руб. 29 коп. Истец считает, что ответчик, формируя заявку на выплату компенсаций, не применяет нормы существующего на сегодняшний день законодательства. По мнению К., ответчик с 1997 года обязан был применить индексы потребительских цен, с 01 июля 2000 года - коэффициент роста минимального размера оплаты труда, равный 1,581, а с 01 января 2001 года - коэффициент, равный 1,515, за период с 01 января 2002 года по 29 мая 2004 года - индексы роста величины прожиточного минимума, с мая 2004 года - коэффициенты инфляции, установленные Правительством Российской Федерации.

На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика в свою пользу сумму недоплаты по компенсационным выплатам на приобретение продовольственных товаров и оздоровление за период с 1997 года по ноябрь 2007 года в размере 199 971 руб. 45 коп. и 6 940 руб. 33 коп. соответственно; обязать ответчика с 01 декабря 2007 года выплачивать ежемесячную компенсацию на питание в сумме 3 105 руб. 68 коп. с последующей индексацией согласно действующему законодательству; обязать ответчика с 01 января 2007 года установить ежемесячную компенсацию на оздоровление в размере 1 256 руб. 20 коп. с последующей индексацией.

Истец, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие.

Представитель ответчика - УСЗН Верх-Исетского района г. Екатеринбурга, действующий на основании доверенности, исковые требования К. не признал, просил отказать в их удовлетворении.

Представители соответчиков - Министерства финансов Российской Федерации и Центрального отделения Управления Федерального казначейства по Свердловской области, привлеченных судом по ходатайству ответчика, в судебное заседание по вызову не явились.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга исковые требования К. удовлетворены частично.

С УСЗН Верх-Исетского района г. Екатеринбурга в пользу К. единовременно взысканы за счет средств федерального бюджета задолженность по ежегодной компенсации за вред здоровью за период с 2000 года по 2007 год в размере 2 907 руб. 42 коп., задолженность по ежемесячной компенсации на приобретение продовольственных товаров за период с 01 июля 2000 года по 30 ноября 2007 года в размере 67 021 руб. 89 коп.

УСЗН Верх-Исетского района г. Екатеринбурга обязано выплачивать за счет средств федерального бюджета в пользу К. начиная с 01 января 2008 года ежегодную компенсацию на оздоровление в размере 631 руб. 80 коп. с последующей индексацией, а начиная с 01 октября 2007 года - ежемесячную компенсацию на приобретение продовольственных товаров в размере 1 319 руб. 65 коп. с последующей индексацией.

С УСЗН Верх-Исетского района г. Екатеринбурга взыскана госпошлина в доход федерального бюджета в размере 100 руб.

В остальной части иска отказано.

В кассационной жалобе ответчик просил решение отменить как незаконное.

Судебная коллегия отменила решение суда по следующим основаниям.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 26 ноября 1998 года N 175-ФЗ "О социальной защите граждан Российской Федерации, подвергшихся воздействию радиации вследствие аварии в 1957 году на производственном объединении "Маяк" и сбросов радиоактивных отходов в реку Теча" (далее - Федеральный закон от 26 ноября 1998 года N 175-ФЗ) в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, действие Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" распространено на граждан, эвакуированных (переселенных), а также добровольно выехавших из населенных пунктов (в том числе эвакуированных (переселенных) в пределах населенных пунктов, где эвакуация (переселение) производилась частично), подвергшихся радиоактивному загрязнению вследствие аварии в 1957 году на производственном объединении "Маяк" и сбросов радиоактивных отходов в реку Теча, включая детей, в том числе детей, которые в момент эвакуации (переселения) находились в состоянии внутриутробного развития, а также на военнослужащих, вольнонаемный состав войсковых частей и спецконтингент, эвакуированных в 1957 году из зоны радиоактивного загрязнения. К добровольно выехавшим гражданам относятся граждане, выехавшие с 29 сентября 1957 года по 31 декабря 1960 года включительно из населенных пунктов, подвергшихся радиоактивному загрязнению вследствие аварии в 1957 году на производственном объединении "Маяк", а также выехавшие с 1949 года по 1962 год включительно из населенных пунктов (в том числе переселившиеся в пределах населенных пунктов, где переселение производилось частично), подвергшихся радиоактивному загрязнению вследствие сбросов радиоактивных отходов в реку Теча.

Согласно ст. 6 Федерального закона от 26 ноября 1998 года N 175-ФЗ, гражданам, указанным в п. 3 ч. 1 ст. 1 настоящего Федерального закона, гарантируются меры социальной поддержки, установленные для граждан, указанных в п. 6 ч. 1 ст. 13 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС".

В соответствии со ст. 17 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции Федерального закона от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ) (далее - Закон) гражданам, указанным в п. 6 ч. 1 ст. 13 настоящего Закона, предоставляются меры социальной поддержки: эвакуированным из зоны отчуждения - предусмотренные пп. 3 - 12 ч. 1 ст. 14 и пп. 2 и 3 ч. 1 ст. 15 настоящего Закона; переселенным (переселяемым) из зоны отселения - предусмотренные пп. 4, 5, 7, 9, 11 и 12 ч. 1 ст. 14, п. 2 ч. 1 и п. 2 ч. 3 ст. 15 настоящего Закона.

Удовлетворяя исковые требования, суд пришел к выводу о том, что права истца ответчиком нарушаются, поскольку индексация с учетом коэффициентов роста минимального размера оплаты труда с 01 июля 2000 года равна 1,581, с 01 января 2001 года - 1,515; индексы роста величины прожиточного минимума за период с 01 января 2002 года по декабрь 2004 года, коэффициенты инфляции с 01 января 2004 года, установленные Правительством Российской Федерации, не применяются.

Судом в решении приведен соответствующий расчет.

При этом суд указал, что, исходя из анализа приведенных нормативных актов, истец имеет право на получение ежемесячной компенсации на приобретение продовольственных товаров в размере 200 руб. и ежегодной компенсации на оздоровление в размере 100 руб.

Как видно из материалов дела, с заявлением о постановке на учет и выплате компенсаций истец обратился к ответчику 13 декабря 2003 года.

Согласно п. 10 ст. 15 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (с изменениями, внесенными Федеральным законом от 07 августа 2000 года N 122-ФЗ, вступившими в силу с 01 января 2001 года), на тот момент истцу действительно полагалась ежемесячная выплата денежной компенсации на приобретение продовольственных товаров в размере 200 руб.

Между тем, хотя истец обратился к ответчику только 13 декабря 2003 года, суд применил индексацию с 2000 года с учетом указанного Закона, но в редакции, действовавшей до 01 января 2001 года, которая гласила, что ежемесячная выплата денежной компенсации на приобретение продовольственных товаров учитывается в размере двукратного установленного законом минимального размера оплаты труда (83,49 x 2 = 166,98).

Суд не указал в решении, учитывая заявительный характер выплаты требуемых истцом сумм, каким законом предусмотрена обязанность ответчика производить истцу выплаты за прошлое время с учетом индексации. По расчету, сделанному судом в решении, на момент обращения к ответчику (13 декабря 2003 года) полагалось выплачивать истцу на приобретение продовольственных товаров не 200 руб., а 558 руб. 30 коп., а с 01 января 2004 года - 918 руб. 11 коп.

Представленный в решении расчет суммы на оздоровление свидетельствует о том, что на момент обращения к ответчику полагалось выплачивать истцу не 100 руб., а 279 руб. 14 коп., а в 2004 году - 459 руб. 04 коп.

Таким образом, расчет в решении сделан неверно. Решение нельзя признать правильным, в связи с чем оно подлежит отмене.

По мнению судебной коллегии, судом нарушены нормы материального права. Однако оснований для перерасчета судебная коллегия не усматривает.

Как видно из искового заявления, истец настаивал на необходимости индексации спорных выплат по аналогии с индексацией, установленной для ежемесячных сумм возмещения вреда здоровью, ссылаясь на то, что данные денежные компенсации входят в общий объем возмещаемого вреда и подлежат индексации по единым правилам.

Однако то обстоятельство, что ежемесячная денежная компенсация на приобретение продовольственных товаров и ежегодная компенсация за вред здоровью наравне с ежемесячными суммами возмещения вреда здоровью входят в объем возмещения вреда, причиненного здоровью вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС и подлежащего индексации, не означает, что порядок индексации ежемесячных сумм возмещения вреда здоровью и ежемесячной денежной компенсации на приобретение продовольственных товаров, а также ежегодной компенсации за вред здоровью не может быть различен.

Новый порядок установления ежемесячной денежной компенсации на приобретение продовольственных товаров и ежегодной компенсации за вред здоровью был определен Федеральным законом от 07 августа 2000 года N 122-ФЗ "О порядке установления размеров стипендий и социальных выплат в Российской Федерации", в соответствии с которым в законодательство Российской Федерации, в том числе в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", были внесены изменения, предусматривающие исчисление указанных выплат в твердых размерах, исходя из базовой суммы 100 руб. При этом ст. 3 Федерального закона от 07 августа 2000 года N 122-ФЗ и ст. 4 Федерального закона от 19 июня 2000 года N 82-ФЗ установлено, что в 2000 году выплата стипендий, пособий и других обязательных социальных выплат производится в размерах, действующих на 30 июня 2000 года (то есть исчисленных исходя из 83 руб. 49 коп.), а с 01 января 2001 года - исходя из базовой суммы 100 руб. Одновременно п. 3 ст. 4 Федерального закона от 07 августа 2000 года N 122-ФЗ в ст. ст. 14 и 39 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" внесены изменения, которыми гражданам, указанным в пп. 1 и 2 ч. 1 ст. 13 названного Закона, гарантируются ежемесячная денежная компенсация на приобретение продовольственных товаров в размере 300 руб. и ежегодная компенсация за вред здоровью инвалидам I и II групп в размере 500 руб.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2002 года N 11-П "По делу о проверке конституционности ряда положений Закона Российской Федерации от 18 июня 1992 года "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакциях от 24 ноября 1995 года и от 12 февраля 2001 года), Федеральных законов от 12 февраля 2001 года "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", от 19 июня 2000 года "О минимальном размере оплаты труда" и от 07 августа 2000 года "О порядке установления размеров стипендий и социальных выплат в Российской Федерации" в связи с запросами Верховного Суда Российской Федерации и Октябрьского районного суда города Краснодара, жалобами граждан и общественных организаций чернобыльцев" (п. 2 резолютивной части) указанные нормы признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации в части перехода на новый способ исчисления размеров иных видов денежных компенсаций, входящих в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, в том числе и в части исчисления ежемесячной денежной компенсации на приобретение продовольственных товаров и ежегодной компенсации за вред здоровью, в твердых размерах, исходя из базовой суммы.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 25 мая 2005 года N 326 утверждены Правила индексации размеров некоторых ежемесячных денежных компенсаций и иных выплат за период с 19 июня 2002 года по 31 мая 2004 года гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, членам их семей и возврата в 2005 - 2006 годах недополученных сумм. Постановлениями Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 года N 847, от 07 мая 2005 года N 292, от 25 апреля 2006 года N 246 и от 21 марта 2007 года N 171 утверждены Правила индексации в 2004, 2005, 2006 и 2007 годах размеров компенсаций и иных выплат гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС.

Этими Постановлениями Правительства Российской Федерации в соответствии с вышеуказанным Законом установлены коэффициенты индексации и, исходя из них, размеры денежных компенсаций, подлежащих выплате за соответствующий период.

В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2000 года N 35 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел, связанных с реализацией инвалидами прав, гарантированных Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции от 5 апреля 2005 года N 7) разъяснено, что, поскольку денежные компенсации гражданам, пострадавшим вследствие чернобыльской катастрофы, отличаются от социальных выплат на основе обязательного социального страхования, суд вправе проиндексировать суммы возмещения вреда здоровью за период с 01 июля 2000 года с учетом величины минимального размера оплаты труда, указанной в ст. 1 Федерального закона от 19 июня 2000 года N 82-ФЗ "О минимальном размере оплаты труда", а не из базовой суммы, установленной ст. 4 этого Федерального закона. Данное разъяснение основано на правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2002 года N 11-П, и касается индексации размера ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью, предусмотренной п. 15 ст. 14 базового Закона, а индексация ежемесячной денежной компенсации на приобретение продовольственных товаров и ежегодной компенсации за вред здоровью исходя из базовой суммы этим же Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации, как указывалось выше, не была признана неконституционной.

Таким образом, оснований для индексации, предложенной истцом, не имеется.

Данный вывод соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 11 января 2008 года N 25-В07-24. В связи с этим судебная коллегия отказала в удовлетворении иска.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 08 апреля 2008 года, дело N 33-2786/2008

 

Моральный вред

 

Если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен, а по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы.

 

Г. обратился в суд с иском к ОАО "Севуралбокситруда" о выплате единовременного пособия в сумме 3 005 руб. 64 коп. и компенсации морального вреда в размере 21 126 руб. 84 коп. в соответствии с коллективным договором ОАО "Севуралбокситруда" на 1997 год. В обоснование заявленных требований Г. указывал, что, работая в ЦРММ ПО "СУБР" в должности ученика слесаря, 20 февраля 1969 года в результате несчастного случая на производстве получил травму - проникающее роговичное ранение правого глаза. По факту данного несчастного случая было проведено расследование и составлен акт о несчастном случае на производстве от 20 февраля 1969 года N 30. Вследствие полученной в 1969 году травмы 25 сентября 1997 года бюро медико-социальной экспертизы ему была установлена III группа инвалидности с утратой профессиональной трудоспособности на 60%. Приказом от 04 ноября 1997 года N 555 ему назначены ежемесячные выплаты в возмещение вреда здоровью, а в выплате единовременного пособия и суммы компенсации морального вреда отказано в связи с тем, что трудовое увечье было получено до вступления в силу 24 декабря 1992 года Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей (далее - Правила возмещения работодателями вреда). О том, что данный отказ является необоснованным, поскольку работодатель обязан возместить ему моральный вред и выплатить единовременное пособие, он узнал в декабре 2005 года. Но на свое заявление о выплате причитающихся сумм вновь получил отказ. Ответчик указывал, что моральный вред в соответствии с законодательством, регулирующим возмещение вреда, подлежит взысканию после 01 марта 1993 года, а выплата единовременного пособия производится после 01 декабря 1992 года, тогда как несчастный случай с ним произошел в 1969 году, то есть до принятия соответствующих нормативных актов. Однако, по мнению истца, администрация предприятия не учла, что утрата профессиональной трудоспособности впервые была установлена ему комиссией учреждения медико-социальной экспертизы в сентябре 1997 года, то есть в период действия законодательства, обязывающего ответчика произвести ему выплату единовременного пособия и компенсировать моральный вред. На основании изложенного Г. просил взыскать с ответчика единовременное пособие в размере 3 005 руб. 64 коп. и компенсацию морального вреда в размере 21 126 руб. 84 коп.

В судебном заседании представитель Г. - Широких Ю.Н. - поддержал исковые требования в полном объеме, указывая, что вследствие полученной в 1969 году травмы к 1997 году состояние здоровья истца ухудшилось, он был признан инвалидом III группы с утратой профессиональной трудоспособности на 60%, что в соответствии с условиями коллективного договора дает ему основание требовать взыскания компенсации морального вреда.

Представитель ОАО "Севуралбокситруда" оспаривал исковые требования Г., считая, что, поскольку он получил производственную травму в 1969 году, а Правила возмещения работодателями вреда были приняты лишь в 1992 году, в иске следует отказать. Единовременное пособие, предусмотренное ст. 24 Правил возмещения работодателями вреда, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 года N 4214-1, выплачивается в случаях трудового увечья, полученного после 01 декабря 1992 года. Понятие морального вреда впервые появилось с принятием Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, действующих с 03 августа 1992 года. Обратной силы данный Закон не имеет и распространяется лишь на взаимоотношения, возникшие после его принятия.

Решением Североуральского городского суда исковые требования Г. удовлетворены частично. В его пользу с ОАО "Севуралбокситруда" взысканы единовременное пособие в связи с трудовым увечьем в сумме 3 005 руб. 64 коп. и компенсация морального вреда в размере 18 120 руб. 60 коп.

В кассационной жалобе ОАО "Севуралбокситруда" просило решение суда отменить, полагая, что суд неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, неправильно применил нормы материального права. Удовлетворяя исковые требования Г., суд сослался на Правила возмещения работодателями вреда, утвержденные гораздо позднее нечастного случая, произошедшего с истцом. Данные Правила возмещения работодателями вреда не могут быть распространены на прошедшее время, поскольку в п. 1 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 года N 4214-1 "Об утверждении Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей" (далее - "Об утверждении Правил возмещения работодателями вреда") указано, что выплата единовременного пособия производится в случаях трудового увечья, полученного после 01 декабря 1992 года. Таким образом, действие нормативного акта во времени прямо определено. Коллективный договор ОАО "Севуралбокситруда" на 1997 год действительно предусматривал выплату единовременного пособия и компенсации морального вреда работникам, которым впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности. Однако коллективный договор принят также с учетом действующих Правил возмещения работодателями вреда и не мог распространяться на несчастные случаи, произошедшие до его принятия. Кроме того, согласно ст. 12 Федерального закона от 26 января 1996 года "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации", действие ст. ст. 1085 - 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации распространяется также на случаи, когда причинение вреда жизни и здоровью гражданина имело место до 01 марта 1996 года, но не ранее 01 марта 1993 года.

Судебная коллегия отменила решение суда по следующим основаниям.

Постановленное судом решение не отвечает требованиям законности и обоснованности, поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела, определены судом неправильно, допущены нарушения норм материального права.

Удовлетворяя исковые требования Г., суд пришел к выводу, что п. 5.8 коллективного договора ОАО "Севуралбокситруда" на 1997 год, устанавливающий выплату единовременного пособия и компенсации морального вреда работникам, которым впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности, не содержит каких-либо ограничений, связанных со временем наступления несчастного случая, а значит, может быть применен в отношении истца, которому впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в 1997 году. Однако эти выводы суда являются неверными, судебная коллегия с ними не согласна.

Судом установлено и не оспаривается ответчиком, что 20 февраля 1969 года Г. в период работы в ОАО "Севуралбокситруда" при исполнении трудовых обязанностей ученика слесаря в ЦРММ ПО "СУБР" получил производственную травму - проникающее роговичное ранение правого глаза. По факту данного несчастного случая было проведено расследование и составлен акт о несчастном случае на производстве от 20 февраля 1969 года N 30. Вследствие полученной в 1969 году травмы 25 сентября 1997 года бюро медико-социальной экспертизы установило Г. III группу инвалидности с утратой профессиональной трудоспособности на 60%.

Приказом от 04 ноября 1997 года N 555 Г. назначены ежемесячные выплаты в возмещение вреда здоровью. В выплате единовременного пособия и суммы компенсации морального вреда отказано в связи с тем, что трудовое увечье было причинено пострадавшему до вступления в силу 24 декабря 1992 года Правил возмещения работодателями вреда, до введения в действие ст. 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, а также иных законодательных актов, предусматривающих компенсацию морального вреда.

Вопросы возмещения компенсации морального вреда регулируются ст. ст. 7, 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятых 31 мая 1991 года, действие которых распространено на территории Российской Федерации с 03 августа 1992 года.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", вопросы компенсации морального вреда в сфере гражданских правоотношений регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки. В целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон, какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда. При этом необходимо учитывать, что в силу ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

В соответствии со ст. 5 Федерального закона "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" часть первая Гражданского кодекса Российской Федерации применяется к гражданским правоотношениям, возникшим после введения ее в действие, то есть с 01 января 1995 года.

Согласно ст. 5 Федерального закона "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации", часть вторая Гражданского кодекса Российской Федерации применяется к обязательственным отношениям, возникшим после введения ее в действие, то есть с 01 марта 1996 года.

Действовавший ранее Гражданский кодекс РСФСР не предусматривал возможности компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая. Отношения, связанные с возмещением морального вреда, не были урегулированы и нормами трудового законодательства до введения в действие Трудового кодекса Российской Федерации, то есть до 01 февраля 2002 года.

В соответствии с п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 апреля 1994 года N 3 моральный вред, причиненный гражданину, подлежит возмещению, если несчастный случай имел место после 03 августа 1992 года, поскольку до введения в действие Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик указанный вид имущественной ответственности для случаев причинения вреда здоровью законом не был предусмотрен. Согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции Постановлений от 25 октября 1996 года N 10 и от 15 января 1998 года N 1), если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен, а по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы.

Таким образом, на момент причинения вреда здоровью истца законодательством не была предусмотрена компенсация морального вреда в результате профессионального заболевания. Следовательно, несмотря на то, что Г. продолжает в настоящее время испытывать физические и нравственные страдания вследствие произошедшего с ним в 1969 году несчастного случая, его требования о компенсации морального вреда не основаны на законе и удовлетворению не подлежат.

Согласно п. 1 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 24 декабря 1992 года N 4214-1 "Об утверждении Правил возмещения работодателями вреда", выплата единовременного пособия производится в случаях трудового увечья, полученного после 01 декабря 1992 года. Таким образом, действие нормативного акта во времени прямо определено. Как указано выше, в соответствии со ст. 5 Федерального закона "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" часть вторая Гражданского кодекса применяется к обязательственным отношениям, возникшим после введения ее в действие, то есть с 01 марта 1996 года. При этом в ст. 12 Федерального закона от 26 января 1996 года "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что действие ст. ст. 1085 - 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации распространяется также на случаи, когда причинение вреда жизни и здоровью гражданина имело место до 01 марта 1996 года, но не ранее 01 марта 1993 года.

Действительно, пунктом 5.8 коллективного договора ОАО "Севуралбокситруда" на 1997 год было предусмотрено право работников общества в случае утраты профессиональной трудоспособности, вызванной трудовым увечьем, установленным впервые, на выплату пособия в размере, установленном Правилами возмещения работодателями вреда, а также на выплату суммы в возмещение морального вреда, предусмотренной Правилами возмещения работодателями вреда.

Однако в преамбуле коллективного договора указано, что при его заключении стороны руководствуются Гражданским кодексом Российской Федерации, КЗоТ Российской Федерации и Законом Российской Федерации "О коллективных договорах и соглашениях", в силу чего предусмотренные в коллективном договоре льготы и преимущества для работников основываются на действующем законодательстве. Поскольку в момент причинения Г. вреда законодательство не устанавливало ответственности в виде единовременных выплат и возмещения морального вреда, нет оснований возлагать эти виды ответственности на ответчика в настоящее время, так как закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Решение суда отменено. Судебная коллегия приняла новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований Г.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 29 апреля 2008 года, дело N 33-3093/2008

 

Дела, возникающие из публичных правоотношений

 

Отказывая в принятии жалобы о признании незаконным представления прокурора, суд ошибочно полагал, что порядок его обжалования законом не предусмотрен и что представление прокурора носит рекомендательный характер и каких-либо прав и обязанностей лица не порождает.

 

Х. обратился в суд с жалобой о признании незаконным представления исполняющего обязанности Артемовского городского прокурора от 15 апреля 2008 года N 01-15-08.

Определением Артемовского городского суда в принятии жалобы Х. отказано. Заявителю разъяснено, что отказ в принятии заявления препятствует повторному обращению заявителя в суд с заявлением к той же стороне о том же предмете и по тем же основаниям.

В частной жалобе Х. просил определение суда отменить.

Судебная коллегия отменила определение суда по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Х. обжаловал представление исполняющего обязанности Артемовского городского прокурора от 15 апреля 2008 года N 01-15-08 об устранении нарушений закона, считая, что указанное представление нарушает его права.

Суд, отказывая в принятии жалобы, сослался на то, что порядок обжалования представления прокурора законом не предусмотрен.

Судебная коллегия не согласилась с таким выводом, поскольку он противоречит процессуальному законодательству.

В соответствии с абз. 3 ст. 245 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дела, возникающие из публичных правоотношений, по заявлениям об оспаривании решений и действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих.

Согласно ч. 1 ст. 247 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приступает к рассмотрению дела, возникающего из публичных правоотношений, на основании заявления заинтересованного лица. В заявлении должно быть указано, какие решения, действия (бездействие) должны быть признаны незаконными, какие права и свободы лица нарушены этими решениями, действиями (бездействием).

Из жалобы Х. видно, что при обращении в суд указанные требования закона им были выполнены.

Судебная коллегия также не согласилась с выводом суда о том, что представление прокурора носит рекомендательный характер и каких-либо прав и обязанностей лица не порождает, поскольку данный вывод противоречит федеральному закону.

Так, в соответствии со ст. 24 Федерального закона от 17 января 1992 года N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" представление об устранении нарушений закона вносится прокурором или его заместителем в орган или должностному лицу, которые полномочны устранить допущенные нарушения, и подлежит безотлагательному рассмотрению. В течение месяца со дня внесения представления должны быть приняты конкретные меры по устранению допущенных нарушений закона, их причин и условий, им способствующих; о результатах принятых мер должно быть сообщено прокурору в письменной форме.

При этом ст. 17.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена административная ответственность за умышленное невыполнение требований прокурора, вытекающих из его полномочий, установленных федеральным законом.

Следовательно, положения указанных норм права, наделяющие прокурора правом вносить подлежащее безотлагательному рассмотрению представление об устранении нарушений закона в орган или должностному лицу, которые полномочны устранить допущенные нарушения, предусматривают, что заинтересованным лицам предоставлена возможность судебного обжалования решений прокурора. Указанная позиция подтверждена Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 24 февраля 2005 года N 84-О.

Таким образом, определение суда отменено, поскольку признано незаконным и необоснованным. Вопрос о принятии заявления к производству суда направлен на новое рассмотрение. При новом рассмотрении вопроса суду необходимо проверить подведомственность указанного спора суду общей юрисдикции, так как из жалобы следует, что представление было вынесено в адрес индивидуального предпринимателя Х. и связано с осуществлением им предпринимательской деятельности.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 10 июня 2008 года, дело N 33-4706/2008

 

Разное

 

Регистрационная запись об ипотеке погашается на основании заявления законного владельца закладной, совместного заявления залогодателя и залогодержателя либо на основании решения суда, арбитражного суда или третейского суда о прекращении ипотеки.

 

К. обратилась в суд с иском к Управлению Федеральной регистрационной службы по Свердловской области (далее - УФРС по Свердловской области) об исключении из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - Единый государственный реестр прав) записи от 04.10.2007 N 66-66-04/054/2007-155 об ипотеке квартиры, возникшей в силу закона. В обоснование заявленных требований К. пояснила, что на основании договора купли-продажи от 24 августа 2007 года она приобрела у Ч. указанную квартиру. Согласно условиям договора, квартира оценена сторонами в 750 000 руб., из которых 200 000 руб. она передала продавцу до подписания договора, а оставшиеся 550 000 руб. обязалась выплатить до 28 сентября 2007 года. Она исполнила свои обязательства, выплатив Ч. 28 сентября 2007 года оставшуюся часть стоимости квартиры в размере 550 000 руб. Это обстоятельство подтверждается распиской Ч. от 28 сентября 2007 года о получении денег за однокомнатную квартиру в сумме 750 000 руб. Учитывая, что документы о регистрации сделки уже были сданы в УФРС по Свердловской области, 29 сентября 2007 года она также передала в регистрационную службу и указанную расписку. Однако 01 октября 2007 года ей было направлено уведомление о приостановлении государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним ввиду наличия сомнений в принадлежности расписки продавцу. 04 октября 2007 года государственная регистрация права собственности на приобретенную квартиру была проведена регистратором, но с указанием об ипотеке, возникшей в силу закона. Поскольку расчет за квартиру на момент регистрации сделки был произведен ею с продавцом в полном объеме, приостановление регистрации и дальнейшее внесение в Единый государственный реестр прав записи об ипотеке приобретенной квартиры, возникшей в силу закона, считала незаконным. С учетом изложенного К. просила исключить из реестра запись об ипотеке, произвести отметку об аннулировании записи о регистрации ипотеки на правоустанавливающем документе - договоре купли-продажи от 24 августа 2007 года, взыскать в ее пользу с ответчика судебные расходы в сумме 5 700 руб., состоящие из оплаты юридических услуг в размере 4 500 руб., расходов на оформление доверенности - 400 руб. на имя Машаровой М.Н. и 500 руб. на имя Машаровой И.А., расходов на технические работы по изготовлению доверенности - 200 руб. и расходов по оплате госпошлины - 100 руб.

В судебное заседание К. и ее представители Машарова М.Н. и Машарова И.А. не явились, просили о рассмотрении дела в их отсутствие. В представленном заявлении представитель истца - Машарова И.А. - дополнительно указывала, что расписка Ч. о получении ею всей суммы стоимости квартиры была передана в регистрационную службу представителем продавца, действовавшим на основании доверенности. Нотариально удостоверенная доверенность также была передана уполномоченным лицом продавца Ч. в регистрационную службу. Поэтому оснований для приостановления регистрации не имелось. Это усматривается и из дальнейших действий самого регистратора, который 04 октября 2007 года произвел государственную регистрацию прав истца на спорную квартиру, однако с записью об ипотеке. Эта запись внесена в Единый государственный реестра прав по инициативе регистратора без законных к тому оснований.

Представитель Управления Федеральной регистрационной службы по Свердловской области в судебное заседание также не явился. В письменном отзыве указал, что ипотека может возникнуть на основании закона при заключении договора купли-продажи жилого помещения с оплатой в рассрочку, если иное не предусмотрено договором (ст. 488 Гражданского кодекса Российской Федерации). Государственная регистрация ипотеки, возникшей в силу закона, осуществляется одновременно с государственной регистрацией права залогодателя (покупателя). В соответствии с п. 4 ст. 29 Федерального закона от 21 июля 1997 года N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" регистрационная запись об ипотеке погашается на основании заявления законного владельца закладной, совместного заявления залогодателя и залогодержателя или на основании вступившего в законную силу решения суда. Следовательно, расписка в данном случае не является для государственного регистратора основанием для погашения записи об ипотеке. Необходимо было совместное заявление К. и Ч. Однако такое заявление представлено не было. Решения суда о погашении регистрационной записи об ипотеке также нет. Поэтому представитель УФРС по Свердловской области считал заявление К. необоснованным. Кроме того, указывал, что УФРС по Свердловской области не может являться в данном деле ответчиком, поскольку не является стороной договора купли-продажи.

Решением Серовского городского суда исковые требования К. удовлетворены.

В кассационной жалобе УФРС по Свердловской области просило решение суда отменить и в удовлетворении иска К. отказать. Суд не принял во внимание нормы закона, указанные в отзыве на исковое заявление, неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, что привело к принятию незаконного решения.

Судебная коллегия отменила решение суда по следующим основаниям.

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней (п. 1 ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество.

Согласно п. 5 ст. 488 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, с момента передачи товара покупателю и до его оплаты товар, проданный в кредит, признается находящимся в залоге у продавца для обеспечения исполнения покупателем его обязанности по оплате товара. Следовательно, ипотека может возникнуть на основании закона при заключении договора купли-продажи жилого помещения с оплатой в рассрочку, если иное не предусмотрено договором (ст. 488 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 2 ст. 20 Федерального закона от 16 июля 1998 года N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" ипотека в силу закона подлежит государственной регистрации. Ипотека как обременение имущества возникает с момента государственной регистрации права собственности на это имущество, если иное не установлено договором. Государственная регистрация ипотеки, возникшей в силу закона, осуществляется одновременно с государственной регистрацией права залогодателя (покупателя).

Государственная регистрация ипотеки удостоверяется путем надписи на договоре об ипотеке, а в случае государственной регистрации ипотеки в силу закона - на документе, являющемся основанием возникновения права собственности залогодателя на имущество, обременяемое ипотекой.

В соответствии с п. 1 ст. 11 Федерального закона от 16 июля 1998 года N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" государственная регистрация договора, влекущего возникновение ипотеки в силу закона, является основанием для внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи об ипотеке.

Материалами дела установлено, что 24 августа 2007 года между К. и Ч. заключен договор купли-продажи квартиры, по которому продавец продал в частную собственность покупателя, а покупатель купил жилое помещение - однокомнатную квартиру. Пунктом 3 данного договора стоимость квартиры была определена сторонами в размере 750 000 руб., из которых 200 000 руб. покупатель передал продавцу до подписания настоящего договора, а оставшиеся 550 000 руб. выплачиваются покупателем продавцу в срок до 28 сентября 2007 года.

04.10.2007 на основании вышеуказанного договора К. Управлением Федеральной регистрационной службы по Свердловской области выдано свидетельство о государственной регистрации права собственности на квартиру. Право собственности К. обременено ипотекой, что подтверждается записью N 66-66-04/054/2007-155 об ипотеке, возникшей в силу закона.

К. оспаривала внесение ответчиком данной записи об ипотеке. Удовлетворяя заявленные истцом требования, суд указал, что 28 сентября 2007 года истцом обязанность по оплате квартиры исполнена, в связи с чем залоговые правоотношения прекращены.

Действительно, в материалах дела имеется расписка о передаче ею 28 сентября 2007 года Ч. 750 000 руб. за однокомнатную квартиру. Однако данная расписка не могла служить основанием для исключения из Единого государственного реестра прав записи об ипотеке, возникшей в силу закона. Запись об ипотеке может быть погашена в установленных законом случаях.

В соответствии со ст. 25 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", ст. 29 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", п. 22 Инструкции о порядке регистрации ипотеки жилого помещения, возникшей в силу закона или договора, а также о порядке регистрации смены залогодержателя в связи с переходом прав требований по ипотечным кредитам, утвержденной Приказом Минюста России, Госстроя России, ФКЦБ России от 16 октября 2000 года N 289/235/290 в редакции Приказа Минюста Российской Федерации N 18, Госстроя Российской Федерации N 34, ФКЦБ Российской Федерации N 0314/П3 от 07 февраля 2003 года, регистрационная запись об ипотеке погашается на основании заявления законного владельца закладной, совместного заявления залогодателя и залогодержателя либо на основании решения суда, арбитражного суда или третейского суда о прекращении ипотеки.

Следовательно, расписка об исполнении обязательств по договору не может заменить совместного заявления сторон договора (залогодателя и залогодержателя) о погашении ипотеки. В силу ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Прекращение обязательства, обеспеченного залогом, как следует из подп. 1 п. 1 ст. 352 Гражданского кодекса Российской Федерации, влечет прекращение залога.

Поскольку заявление Ч. в УФРС по Свердловской области не поступило, суду следовало проверить надлежащее исполнение обязательства К. перед Ч. по выплате оставшейся стоимости квартиры в размере 550 000 руб. и только после этого принимать решение о погашении регистрационной записи об ипотеке.

Однако Ч. как продавец квартиры и залогодержатель зарегистрированной в силу закона ипотеки даже не была привлечена к участию в деле, хотя разрешаемые судом вопросы непосредственно затрагивали ее права и обязанности.

Решение суда первой инстанции подлежит отмене независимо от доводов кассационной жалобы, если суд разрешил вопрос о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

В соответствии со ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, что в полной мере может быть реализовано только в случае предоставления каждому из лиц, участвующих в деле, возможности присутствовать в судебном заседании.

Учитывая изложенное, судебная коллегия пришла к выводу о том, что права Ч. при рассмотрении дела судом были нарушены.

При наличии данных нарушений процессуальных норм решение суда отменено, так как признано незаконным и необоснованным. Поскольку отмеченные недостатки не могут быть устранены в судебной коллегии, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 22 апреля 2008 года, дело N 33-3059/2008

 

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

 

Представительство в суде

 

Суд первой инстанции принял кассационную жалобу от представителя ответчика, а судебная коллегия рассмотрела по ней гражданское дело, не убедившись в наличии у представителя полномочий на обжалование определенных судебных постановлений.

 

В. обратился в суд с иском к Л. об определении места жительства ребенка при раздельном проживании родителей и о взыскании алиментов на несовершеннолетнего сына.

В обоснование исковых требований В. указал, что с 18 декабря 1992 года по 27 ноября 1997 года состоял с ответчиком в браке, от брака имеет сына А., 1993 года рождения. После расторжения брака стороны проживают раздельно, ребенок остался проживать с матерью.

Истец просил суд определить место жительство сына вместе с ним, ссылаясь на ненадлежащее поведение ответчика, оказывающее негативное воздействие на психику ребенка, и взыскать с ответчика алименты на несовершеннолетнего сына.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга исковые требования удовлетворены.

Определением судебной коллегии по гражданским делам решение суда отменено в связи с существенным нарушением норм материального и процессуального права, дело направлено на новое судебное рассмотрение.

В надзорной жалобе В. просил отменить определение судебной коллегии по гражданским делам и оставить в силе решение суда первой инстанции, ссылаясь на существенные нарушения норм гражданского процессуального права, допущенные при принятии кассационной жалобы ответчика судом и рассмотрении ее судом кассационной инстанции.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации и после изучения определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Харланова А.В. направлено для рассмотрения по существу в президиум Свердловского областного суда.

Президиум отменил определение судебной коллегии по гражданским делам по следующим основаниям.

При рассмотрении данного дела судебными инстанциями допущены существенные нарушения норм гражданского процессуального права.

В соответствии с ч. 3 ст. 339 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подписывается лицом, подающим жалобу, или его представителем, кассационное представление - прокурором. К жалобе, поданной представителем, должны быть приложены доверенность или иной документ, удостоверяющие полномочия представителя, если в деле не имеются такие полномочия.

Согласно ч. 1 ст. 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полномочия представителя должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с законом.

Как видно из материалов дела, кассационная жалоба на решение суда первой инстанции подана и подписана представителем ответчика Кириенко Л.А., действующей по доверенности от 29 мая 2006 года.

Между тем указанная доверенность выдана представителю Л. - Кириенко Л.А. - только на ведение гражданских дел, связанных с выселением В. из квартиры.

Полномочий на обжалование других судебных постановлений, в том числе связанных с определением места жительства несовершеннолетнего ребенка - А., Л. по данной доверенности Кириенко Л.А. не давала.

Таким образом, Кириенко Л.А. вышла за пределы полномочий, предоставленных ей доверенностью от 29 мая 2006 года, подав кассационную жалобу на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга об определении места жительства ребенка и о взыскании алиментов.

Согласно ч. 1 ст. 341 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при подаче кассационных жалобы, представления, не соответствующих требованиям, предусмотренным ст. ст. 339 и 340 настоящего Кодекса, а также при подаче жалобы, не оплаченной государственной пошлиной, судья выносит определение, на основании которого оставляет жалобу, представление без движения, и назначает лицу, подавшему жалобу, представление, срок для исправления недостатков.

Суд первой инстанции, получив кассационную жалобу Кириенко Л.А., представителя Л., без документального подтверждения таких полномочий, в нарушение вышеуказанных норм принял жалобу и назначил дело для кассационного рассмотрения в областном суде.

Судебная коллегия в нарушение норм гражданского процессуального законодательства рассмотрела дело по кассационной жалобе ответчика, поданной ее представителем без соответствующих полномочий.

Определение судебной коллегии, постановленное с существенным нарушением норм гражданского процессуального права, является незаконным, в связи с чем оно отменено, а дело направлено в суд первой инстанции для решения вопроса о принятии кассационной жалобы ответчика на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга по делу об определении места жительства несовершеннолетнего А. и о взыскании алиментов.

Президиум также отменил определение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга о восстановлении Л. срока на кассационное обжалование решения Ленинского районного суда г. Екатеринбурга по делу по иску В. к Л. об определении места жительства ребенка при раздельном проживании родителей и о взыскании алиментов, поскольку заявление подано представителем Л. - Кириенко Л.А. - без подтверждения соответствующих полномочий.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 25 июня 2008 года, дело N 44-Г-51/2008

 

Процессуальные сроки

 

Признав причину пропуска срока на подачу надзорной жалобы уважительной, судебная коллегия удовлетворила заявление лица о восстановлении указанного срока.

 

Решением Североуральского городского суда от 17 апреля 2007 года исковые требования В. о признании недействительными постановления Главы местного самоуправления МО "Город Североуральск", планов-приложений к свидетельствам о праве собственности на земельные участки, о восстановлении границ земельных участков, возложении обязанности убрать сарай и компенсации морального вреда были частично удовлетворены.

Определением судебной коллегии по гражданским делам от 14 июня 2007 года решение суда в части удовлетворенных исковых требований отменено, производство по делу прекращено в связи с тем, что данные требования уже были предметом судебного разбирательства и по ним было постановлено решение. В остальной части решение суда оставлено без изменения, кассационная жалоба В. - без удовлетворения.

22 февраля 2008 года В. обратился с заявлением о восстановлении срока подачи жалобы в порядке надзора на вышеуказанные решение Североуральского городского суда и определение судебной коллегии по гражданским делам. В обоснование заявления указал, что пропуск срока, установленного ст. 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, имел место по уважительным причинам: при оглашении определения судебной коллегии в Свердловском областном суде ему был установлен годичный срок на обжалование судебных постановлений в порядке надзора. Ввиду отсутствия юридических знаний он не знал о снижении данного срока до 6 месяцев. Более того, он получил неправильную консультацию адвоката и 11 декабря 2007 года обратился с надзорной жалобой в Верховный Суд Российской Федерации. Жалоба была возвращена ему без указания на пропуск срока обжалования судебных постановлений в порядке надзора. В связи с вышесказанным он полагал, что пропущенный по уважительной причине срок для подачи жалобы в порядке надзора следует восстановить.

07 марта 2008 года Североуральский городской суд постановил определение об отказе в удовлетворении ходатайства В. о восстановлении процессуального срока для подачи жалобы в порядке надзора на указанные судебные постановления.

В частной жалобе В. просил определение отменить как незаконное, ссылаясь на те же доводы, что изложены в обоснование его заявления о восстановлении процессуального срока. Дополнительно указывал, что закон, ухудшающий положение граждан, обратной силы не имеет. Следовательно, должен применяться ранее действовавший порядок подачи надзорной жалобы в течение года со дня вступления решения суда в законную силу. Если считать, что должен применяться вновь установленный срок для обжалования судебных постановлений в порядке надзора - в течение шести месяцев со дня вступления решения суда в законную силу, то шестимесячный срок для подачи жалобы истек 14 декабря 2006 года, то есть еще до вступления в силу изменений в законодательстве, что, по его мнению, абсурдно.

Судебная коллегия отменила определение суда по следующим основаниям.

Отказывая в удовлетворении ходатайства В., суд пришел к выводу о том, что имел место пропуск процессуального срока для подачи надзорной жалобы и уважительность причин пропуска срока В. не доказана. Судебная коллегия не согласилась с выводами суда, поскольку они противоречат обстоятельствам дела и требованиям законодательства.

Согласно ст. 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции до 08 января 2008 года), вступившие в законную силу судебные постановления, за исключением судебных постановлений Президиума Верховного Суда Российской Федерации, могут быть обжалованы в порядке, установленном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд надзорной инстанции лицами, участвующими в деле, и другими лицами, если их права и законные интересы нарушены судебными постановлениями. Судебные постановления могут быть обжалованы в суд надзорной инстанции в течение года со дня их вступления в законную силу.

Судебные постановления, принятые по иску В., вступили в силу 14 июня 2007 года. Следовательно, срок для их обжалования истекал 14 июня 2008 года. Жалоба в порядке надзора подана В. 24 января 2008 года.

В то же время с учетом изменений, внесенных в ч. 2 ст. 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Федеральным законом от 04 декабря 2007 года N 330-ФЗ "О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации", судебные постановления могут быть обжалованы в суд надзорной инстанции в течение шести месяцев со дня их вступления в законную силу при условии, что указанными лицами были исчерпаны иные установленные настоящим Кодексом способы обжалования судебного постановления до дня его вступления в законную силу.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 04 декабря 2007 года N 330-ФЗ "О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации" надзорные жалобы и представления прокурора, не рассмотренные на день вступления в силу настоящего Федерального закона, рассматриваются по правилам, действовавшим на день их подачи в суд надзорной инстанции.

Из материалов дела усматривается, что надзорная жалоба В. была подана в суд надзорной инстанции 24 января 2008 года, тогда как указанный выше Закон вступил в силу с 08 января 2008 года. Определением от 05 февраля 2008 года надзорная жалоба была возвращена В. без рассмотрения по существу ввиду пропуска им срока обжалования и отсутствия определения суда о восстановлении данного срока на обжалование судебных постановлений в порядке надзора.

В соответствии со ст. 112 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лицам, пропустившим процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

В. пропустил процессуальный срок для подачи надзорной жалобы. В то же время пропуск срока обжалования судебных постановлений в порядке надзора пропущен по уважительным причинам, поскольку на момент разрешения кассационной жалобы истца ему была разъяснена возможность обжалования судебных постановлений в порядке надзора в течение одного года с момента вступления решения суда в законную силу, то есть до 14 июня 2008 года. В случае применения в отношении истца положений законодательства с учетом внесенных изменений, касающихся срока обжалования судебных постановлений, шестимесячный срок на подачу жалобы в порядке надзора истекал бы для В. 14 декабря 2007 года, то есть еще до вступления в силу указанного Федерального закона от 04 декабря 2007 года N 330-ФЗ "О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации".

Правоприменительная практика должна руководствоваться правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24 октября 1996 года N 17-П, которая состоит в том, что по смыслу Конституции Российской Федерации общим для всех отраслей права правилом является принцип, согласно которому закон, ухудшающий положение граждан, обратной силы не имеет.

Поскольку отказ В. в предоставлении возможности реализовать право на обжалование судебных постановлений в порядке надзора ущемлял его право на судебную защиту (ст. 46 Конституции Российской Федерации), судебная коллегия пришла к выводу о том, что у суда имелись основания для удовлетворения заявления В. о восстановлении пропущенного срока на подачу жалобы.

Определение суда признано незаконным и необоснованным и отменено в связи с неправильным применением норм процессуального права. Заявление В. о восстановлении пропущенного срока на подачу надзорной жалобы удовлетворено.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 08 апреля 2008 года, дело N 33-2487/2008

 

Судебное разбирательство

 

Судебные постановления подлежали безусловной отмене, поскольку судами первой и апелляционной инстанций нарушено правило о тайне совещания судей, что относится к существенному нарушению норм процессуального права, влекущему отмену судебного акта.

 

Военный прокурор Еланского гарнизона обратился к мировому судье судебного участка N 3 Камышловского района в защиту интересов Российской Федерации в лице домоуправления при Еланской квартирно-эксплуатационной части Приволжско-Уральского военного округа с иском к Х., Г. о взыскании задолженности по внесению платы за содержание жилья и коммунальных услуг.

В обоснование заявленных требований прокурор указывал, что в соответствии с ордером от 14 июля 1999 года Х. с семьей проживает в принадлежащей Министерству обороны Российской Федерации квартире, находящейся в оперативном управлении Еланской КЭЧ. На 01 октября 2007 года задолженность ответчиков перед домоуправлением по оплате жилого помещения, коммунальных услуг и электроэнергии составила 35 586 руб. 02 коп.

Ответчики иск не признали, полагая, что он не может быть предъявлен в интересах домоуправления, не обладающего статусом юридического лица. Указали на необоснованное начисление задолженности за период до 20 января 2005 года, противоречия между представленным с иском расчетом задолженности и выписками из финансового лицевого счета, на необходимость снижения платы за коммунальные услуги на 30% с учетом льготы для многодетной семьи, перерасчета в связи с ненадлежащим качеством коммунальных услуг, на неправомерность взимания платы за наем жилья в 2006 - 2007 гг. при наличии статуса малоимущей семьи, отсутствие доказательств согласования тарифов с уполномоченными государственными органами и органами местного самоуправления, необоснованное применение тарифов, утвержденных для иного муниципального образования - МО "Камышловский район".

Решением мирового судьи судебного участка N 3 Камышловского района с Х., Г. солидарно взыскана в пользу домоуправления при Еланской КЭЧ, расположенного в п/о Порошино Камышловского района Свердловской области, задолженность по внесению платы за жилье и коммунальные услуги, электроэнергию в сумме 35 586 руб. 02 коп., а также государственная пошлина в доход государства в сумме 1 167 руб. 57 коп.

Апелляционным решением Камышловского городского суда решение мирового судьи изменено: с Х., Г. солидарно взысканы в пользу Российской Федерации в лице домоуправления при Еланской КЭЧ задолженность по оплате жилья и коммунальных услуг, электроэнергии в размере 24 682 руб. 22 коп. и государственная пошлина в доход государства в сумме 840 руб. 46 коп.

В надзорной жалобе Х., Г. просили отменить решение мирового судьи и апелляционное решение как существенно нарушающие нормы материального и процессуального права, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Указали на нарушение судами правил принятия решения, предусмотренных ст. ст. 157, 194, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на отсутствие у прокурора полномочий на предъявление иска в интересах домоуправления, неправильность расчета задолженности.

Президиум отменил принятые по делу судебные постановления по следующим основаниям.

В соответствии с частью третьей ст. 157 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание по каждому делу происходит непрерывно, за исключением времени, назначенного для отдыха. До окончания рассмотрения начатого дела или до отложения его разбирательства суд не вправе рассматривать другие гражданские, уголовные и административные дела. Одним из видов времени отдыха, согласно ст. 107 Трудового кодекса Российской Федерации, является ежедневный (междусменный) отдых. Однако эти положения касаются самого судебного разбирательства и не могут относиться к вынесению решения, поскольку согласно ст. 194 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при вынесении решения должна соблюдаться тайна совещательной комнаты.

В силу требований ст. 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда принимается немедленно после разбирательства дела. Составление мотивированного решения суда может быть отложено на срок не более чем пять дней со дня окончания разбирательства дела, но резолютивную часть решения суд должен объявить в том же судебном заседании, в котором закончилось разбирательство дела.

Из протокола судебного заседания суда первой инстанции следует, что разбирательство дела у мирового судьи началось 17 января 2008 года, завершилось в этот же день удалением суда в совещательную комнату. Резолютивная часть решения была вынесена и оглашена на следующий день в 09:00.

Ответчики указали в апелляционной жалобе на нарушение судом первой инстанции тайны совещательной комнаты. Суд апелляционной инстанции, вопреки приведенным требованиям ст. ст. 157, 194, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, счел эти доводы несостоятельными, ссылаясь на то, что мировой судья с учетом объемности дела вправе был вынести и огласить резолютивную часть решения на следующий день, но в рамках того же судебного разбирательства, поскольку не отвлекался на рассмотрение иных дел.

Из протокола судебного заседания суда апелляционной инстанции следует, что апелляционное решение вынесено с аналогичным нарушением тайны совещательной комнаты: судебное разбирательство состоялось 31 марта 2008 года, решение вынесено и оглашено на следующий день 01 апреля 2008 года в 08:00.

В соответствии со ст. 387, п. 8 ч. 2 ст. 364 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации нарушение судами первой и апелляционной инстанций правил о тайне совещания судей относится к существенным нарушениям норм процессуального права, влечет безусловную отмену постановленных по делу решений с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду надлежит учесть, что в соответствии со ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 35 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" территориальные и приравненные к ним прокуроры вправе обращаться в суд с исками в защиту прав, свобод, законных интересов граждан, которые не могут по уважительным причинам самостоятельно обратиться в суд, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Приведенные нормы не наделяют прокуроров полномочиями предъявлять иски в интересах юридических лиц - исполнителей коммунальных услуг и их структурных подразделений.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 18 июня 2008 года, дело N 44-Г-57/2008

 

Приостановление производства по делу

 

Принимая решение о приостановлении производства по делу в связи со смертью заявителя до установления его правопреемников, суд ошибочно исходил из того, что спорное правоотношение допускает правопреемство.

 

Ш., инвалид II группы в связи с заболеванием, связанным с ликвидацией последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, 19 июля 2007 года обратился в суд с иском к Территориальному отраслевому исполнительному органу государственной власти Свердловской области - Управлению социальной защиты населения Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга о взыскании ежемесячной денежной компенсации на приобретение продовольственных товаров и ежегодной компенсации на оздоровление, задолженности по указанным выплатам за период с 01 июля 2000 года по 30 июня 2007 года.

18 сентября 2007 года Ш., согласно свидетельству о смерти, умер.

Представителями заявителя заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу до установления правопреемников заявителя.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения ходатайства и просил прекратить производство по делу.

Определением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга производство по делу приостановлено до установления правопреемников истца, умершего 18 сентября 2007 года.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда определение суда оставлено без изменения.

В надзорной жалобе Территориальный отраслевой исполнительный орган государственной власти Свердловской области - Управление социальной защиты населения Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга просил отменить определение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга и определение судебной коллегии по гражданским делам и прекратить производство по делу по иску Ш. к Территориальному отраслевому исполнительному органу государственной власти Свердловской области - Управлению социальной защиты населения Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга о взыскании выплат в счет возмещения вреда, причиненного здоровью.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации удовлетворила надзорную жалобу по следующим основаниям.

При рассмотрении данного дела судами первой и кассационной инстанций допущено существенное нарушение норм материального и процессуального права.

Из материалов дела следует, что в связи со смертью 18 сентября 2007 года Ш. представителями истца было заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу.

Приостанавливая производство по делу по иску Ш. к Территориальному отраслевому исполнительному органу государственной власти Свердловской области - Управлению социальной защиты населения Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга о взыскании выплат в счет возмещения вреда, причиненного здоровью, суд первой инстанции исходил из того, что спорное правоотношение допускает правопреемство после смерти заявителя Ш.

С таким выводом суда согласилась и кассационная инстанция.

Однако Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не согласилась с выводом судебных инстанций о том, что спорное правоотношение допускает правопреемство, поскольку он противоречит нормам материального и процессуального права.

Согласно ч. 1 ст. 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

В соответствии с абз. 7 ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по делу в случае, если после смерти гражданина, являвшегося одной из сторон по делу, спорное правоотношение не допускает правопреемство или ликвидация организации, являвшейся одной из сторон по делу, завершена.

Основой правопреемства является правопреемство, предусмотренное нормами материального права, в частности нормами Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ч. 2 ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами.

Правом на перерасчет выплат в счет возмещения вреда, причиненного здоровью, а также выплаты недополученных сумм обладает исключительно тот гражданин, который является получателем указанных сумм, поскольку такое право связано с его личным субъективным правом.

Из содержания ст. 1183 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что суммы, начисленные наследодателю в возмещение вреда, причиненного здоровью, но не полученные им при жизни, переходят по наследству.

Вместе с тем из материалов дела следует, что Ш. по существу были заявлены требования об индексации ежемесячной денежной компенсации на приобретение продовольственных товаров и ежегодной компенсации за вред здоровью, то есть сумм, входящих в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, а не о взыскании начисленных денежных сумм.

Поскольку истцу не были начислены указанные денежные суммы, на получение которых он претендовал, то согласно ст. ст. 1112, 1183 Гражданского кодекса Российской Федерации они не входят в состав наследственного имущества.

С учетом изложенного правопреемство по заявленным требованиям законом не допускается, в связи с чем в соответствии с абз. 7 ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации производство по делу подлежит прекращению.

Поскольку положения приведенных норм закона не были учтены судом первой и второй инстанции, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признала состоявшиеся по делу судебные постановления незаконными и подлежащими отмене.

На основании изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь абз. 7 ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, отменила судебные постановления и прекратила производство по делу, поскольку судебными инстанциями допущены нарушения норм материального и процессуального права.

 

Определение

Верховного Суда Российской Федерации

от 27 июня 2008 года, дело N 45-В08-7

 

ИНФОРМАЦИЯ

 

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО

 

22 июля 2008 года Президентом Российской Федерации подписан Федеральный закон N 147-ФЗ "О внесении изменений в ст. 3 Федерального закона "О мировых судьях в Российской Федерации" и ст. 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", который вступит в силу со дня его официального опубликования.

В соответствии с п. 2 ст. 4 данного Федерального закона гражданские дела, находящиеся в производстве мировых судей на день вступления в силу указанного Федерального закона и отнесенные подп. 4 и подп. 6 п. 1 ст. 3 Федерального закона от 17 декабря 1998 года N 188-ФЗ "О мировых судьях в Российской Федерации" (в редакции от 22 июля 2008 года) и п. 3 и п. 5 ч. 1 ст. 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции от 22 июля 2008 года) к подсудности районных судов, рассматриваются мировыми судьями.

Дела, возникающие из трудовых отношений, находящиеся в производстве мировых судей на день вступления в силу Федерального закона от 22 июля 2008 года N 147-ФЗ, которые в связи с признанием утратившим силу п. 6 ч. 1 ст. 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стали подсудны районным судам, также должны быть рассмотрены мировыми судьями (ч. 1 ст. 33 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Прошу принять все необходимые меры для рассмотрения находящихся в производстве мировых судей гражданских дел, подсудность которых изменена, в установленные процессуальным законом сроки.

 

Заместитель Председателя

Верховного Суда Российской Федерации

В.И. Нечаев

 

ОТВЕТЫ НА ВОПРОСЫ

 

Вопрос: Относятся ли к подсудности мировых судей дела об устранении препятствий в пользовании имуществом?

 

Ответ: В соответствии с ч. 1 ст. 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации мировой судья рассматривает в качестве суда первой инстанции:

- дела по имущественным спорам, за исключением дел о наследовании имущества и дел, возникающих из отношений по созданию и использованию результатов интеллектуальной деятельности, при цене иска, не превышающей ста тысяч рублей;

(п. 5 в ред. Федерального закона от 22.07.2008 N 147-ФЗ)

- дела об определении порядка пользования имуществом (п. 7).

Поскольку устранение препятствий в пользовании является одним из элементов определения порядка пользования, то такая категория дел также подсудна мировым судьям (Ответы Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации на вопросы судов по применению норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, утвержденные Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 марта 2004 года).

Вместе с тем, если спор об устранении препятствий в пользовании имуществом связан со спором о праве, такой спор подсуден мировому судье либо районному суду в зависимости от цены иска.

 

Вопросы, возникающие у судов при применении ч. 3 ст. 350 Гражданского кодекса Российской Федерации "Реализация заложенного имущества"

 

В соответствии с ч. 3 ст. 350 Гражданского кодекса Российской Федерации начальная продажная цена заложенного имущества, с которой начинаются торги, определяется решением суда в случаях обращения взыскания на имущество в судебном порядке либо соглашением залогодержателя с залогодателем в остальных случаях.

При рассмотрении исков, содержащих требования об обращении взыскания на заложенное имущество, вопрос о начальной продажной цене имущества должен ставиться судом на обсуждение и разрешаться при вынесении решения независимо от того, содержится ли такая просьба в исковом заявлении. При решении вопроса об установлении начальной продажной цены заложенного имущества по существу при отсутствии возражений сторон необходимо руководствоваться стоимостью заложенного имущества, определенной в договоре залога. В случае, если хотя бы одно из лиц, участвующих в деле, возражает против установления начальной продажной цены заложенного имущества, равной стоимости, определенной в договоре о залоге, суду следует разъяснить лицам, участвующим в деле, положения ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и предложить представить соответствующие доказательства.

Отсутствие в резолютивной части указания на начальную продажную цену заложенного имущества может привести к невозможности реализации такого имущества в рамках исполнительного производства и, следовательно, к существенному нарушению прав как взыскателя, так и должника. Кроме того, невыяснение судом вопроса о начальной продажной цене заложенного имущества и отсутствие соответствующего вывода в решении являются основанием для отмены судебного постановления как вынесенного с нарушением норм материального права.

При этом в резолютивной части решения должна содержаться четкая формулировка, соответствующая требованиям ч. 3 ст. 350 Гражданского кодекса Российской Федерации. Недопустимо указание "начальной стоимости", "залоговой стоимости", "стоимости заложенного имущества по договору" и т.п. Например, можно использовать следующую формулировку: "Установить начальную продажную цену заложенного имущества, с которой начинаются торги, в размере 10 000 рублей".

В случае, если при рассмотрении дела вопрос об определении начальной продажной цены заложенного имущества не был разрешен судом и соответствующее указание в резолютивной части решения отсутствует, суд первой инстанции в порядке ст. 201 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации до вступления решения суда в законную силу вправе поставить вопрос о вынесении дополнительного решения. Указанное право может быть реализовано только при условии, что вопрос об определении начальной продажной цены был предметом судебного рассмотрения и лица, участвующие в деле, представляли доказательства, давали объяснения по этому вопросу. Дополнительное решение в таком случае может быть вынесено по инициативе как взыскателя, так и суда.

В случае, если при рассмотрении дела вопрос об определении начальной продажной стоимости судом на обсуждение не ставился, а истцом такая просьба не заявлялась, вынесение дополнительного решения невозможно.

 

Судебная коллегия по гражданским делам

Свердловского областного суда

 

Отдел кодификации

и систематизации законодательства,

обобщения судебной практики

Свердловского областного суда

 

 

 

 

 

опубликовано 23.03.2010 14:28 (МСК)